— Билл, — начинает он, прерывая убийственную тишину, — Чьë оно? // Кивает головой на красивую расписанную золотыми символами тарелку, на которой лежит сердце. Человеческое. Форд понял это сразу, даже не пришлось долго на него смотреть. Он и не хотел, потому что стоило задержать на нëм взгляд дольше, чем на пару секунд, то начинало казаться, что оно всë ещë бьëтся.

Кольцо, несмотря на своё расположение, действительно не было обручальным. Режиссёр всегда спокойно об этом говорил, если его спрашивали. Но впервые за несколько лет он вдруг почувствовал, что если бы кто-то вновь поинтересовался, есть ли какое-то значение у этого кольца, ему бы очень хотелось ответить: «Да». (AU в которой Рассказчик — режиссёр по имени Генри Эйбрамсон, а Стэнли актёр с фамилией Питерс, и им посчастливилось работать вместе.)

улыбку и смех Саймона можно было сравнить с объятиями, тëплыми и нежными. и Маркус был готов отдать всë, что у него есть, чтобы его "обнимали" вот так как можно чаще.

Среди берёз, болот и звёзд, цыганских свадеб, волчьих слёз мне нет места. Но разгребая пену дней во тьме пустых госпиталей я был весел.