— Ничего не скажу! — и снова заерзала, словно змея, пытаясь выпутаться. И вынуждено замерла, стоило твердой руке прижать её к кровати. — Уверена? — другая рука скользнула вниз, касаясь паха. Только вот один палец уж очень подозрительно замер напротив не той дырки.

— Хочешь большего? — она не думает, кивает. Глэстин взмахивает рукой, и запястья Ирэн тут же оплетают широкие чёрные браслеты. Девушка открывает глаза и рефлекторно дёргается, но руки не двигаются с места — чёрная ткань надёжно фиксирует свою жертву. — Что ты делаешь? — на миг её голос дрогнул. Ирэн знает, что будет дальше, и одновременно боится и предвкушает это. Глэстин подходит, беря девушку за подбородок и заглядывая ей в глаза. — Не бойся. Ты ведь сама этого хочешь.

— Мы в глубинах темниц Тауэра, Ирэн, где никто не услышит твоих криков

Он пришёл, когда луна стала темнее неба. Бесшумно прискакал по воздуху, выдавая себя лишь горящими во тьме глазами.