— Это вполне можно, — смело пообещала Император. Голубое пламя её короны вспыхнуло пышнее, чем прежде. — Исполним вместе с парой моих. Так чего ты желаешь, Гелектра? // История, в которой рыбаки выловили последнюю из сирен. А те, как гласили давние придания, исполняют три желания в обмен на освобождение...

В свободе есть своя красота, и Аглая не смеет еë ограничивать, но ничего не может поделать. К цезарю сирена сегодня не пойдëт. — Побудь со мной, — в запале шепчет Ткач. Нити внутри Гисиленсы сжимаются туже.

— Вы понимаете, какие последствия на себя навлекаете? — со смесью отчаяния и укора крикнул Рацио. — Вы хотели видеть, над чем я работаю, — прозвучал мягкий голос. Слова Жуань Мэй сливались с мерными ударами лапок о металл. Выдержав паузу, она добавила: — Но, вполне вероятно, Вы этого не запомните. // или история о том, как Рацио наконец до сути Жуань Мэй добрался. А она — до его.

Пытавшиеся завести диалог с большим усилием удерживали взгляд на её лице, только мельком посматривая на открытую светлую грудь, которую так плотно сжимали края декольте. Женщина отвечала кратко, но обольстительно, стреляла глазками, а иногда попросту молча пожимала плечами. Создавалось впечатление, что она пришла в этот бар, чтобы занять лишний стул. Или, иными словами того, кто за этим всем наблюдал, — понапрашиваться на то, чтобы еë вечер наконец ярко разукрасили.

— Цезарь… — прошептала Гисиленса, и еë глаза заблестели. — Хочу заметить, что не вижу в этом осколке пиршеств, которые превосходили бы мои, — улыбнулась Керидра и едва удержалась, чтобы не коснуться щеки дукса. — Твои песни вовек будут о тех водах? Ответь, Гелектра, у меня нет надежды? /// История о том, как Керидра симпит по Гисиленсе. Плюс, их взаимодействие с фаедаями, вдохновлëнное артом из твт, где Керидра смотрит на них и спрашивает "since when did we have homos?"