— мне есть только один резон кормить ещё один рот на своём корабле, — тэхён скользит подушечкой большого пальца по розовой нижней губе омеги и настойчиво надавливает, обнажая ровные белые зубы. — если этот рот будет занят чем-то полезным.

История о том, как любовные заговоры помогают в любви совершенно не тем, кто их использует. О цветках чернотала и гремучих ивах, которые при любой возможности готовы скинуть нерадивую ведьму в воду. И о изумрудных чешуях, которые покрывают хвост одного очень симпатичного русала.

«Если я выживу — меня продадут тому, кто больше за меня заплатит, чтобы я пожил в аквариуме у какого-нибудь толстосума в качестве украшения. Ровно столько, сколько мне позволят».

В этой ситуации Чонгук может винить только себя... себя и свои тентакли.

Чонгуку запрещали всплывать на поверхность. «Там опасно», – всегда говорила его мама, рассказывая о людях – созданиях с раздвоенным хвостом, передвигавшихся по суше – и о сиренах – опасных существах, похожих на них, русалок, но только с острыми зубами, с когтями и рядами клиновидных пластин, торчавших из спины. Сирены сидели на камнях у проливов, они пели песни и расчёсывали друг другу волосы. И хоть они представляли опасность, Чонгуку было любопытно взглянуть на них.

— поверить не могу, что ты взялся подглядывать за наядой. я всегда знал, что ты с дурью, но, чтобы с такой.

Когда Чонгук в очередной раз просил Тэхена показать свои щупальца, то он совершенно точно не ожидал услышать положительный ответ.

Тэхен дарит Чонгуку странное растение

Линька в королевском семействе — дело нелёгкое, иногда даже страшное. И хорошо, когда есть кому подставить крепкий… торс для дружеской поддержки.

Кажется, Тэхёну повстречался самый робкий подкроватный монстр...

- Я работаю в журнале, что изучает паранормальное и сверхъестественное… - увидев удивлённо приподнятую бровь нежити, он одёрнул себя (в этой глухомани и слов-то таких, наверное, не слышали) и поспешил объяснить попроще: - В общем, таких, как ты.

Когда Чонгук бросался спасать утопающего, он и мысли допустить не мог, что в его руках окажется русалка. Когда Тэхён наконец-то решил показаться перед понравившимся ему человеком, он и мысли допустить не мог, что вдруг начнёт тонуть.

На берегу Японского моря, в одном провинциальном городке, стоит маяк. Смотритель маяка проживает неподалёку, вместе со своим сыном Чонгуком. Они ведут тихую, размеренную жизнь, но всё меняется, когда в городок приезжает Ким Тэхен — переводчик из Америки.

— Прости, золотце, я больше не могу. Обнял Чонгука и вместе с ним упал в озеро. Холодная вода отрезвила, и Чонгук хотел рвануться наверх, выплыть на поверхность. Его удержали, окольцевали со спины руками, а ноги словно захлестнули стальным тросом, бережно, но крепко, полностью обездвижив.

Тэхён точно знает, что все драконы холодны, высокомерны и уж точно не умеют веселиться. И дракон, которого он застаёт резвящимся в воде, вызывает у него неподдельный интерес.

Эту историю писало море, омывающее берега слезами, отражающее на прозрачной глади с лучами солнца тени дворцов янбан и кораблей вокоу, поглотившее крики воров и воинов в холодные объятия бескрайних вод.

Тэхён не верит в морских чудовищ. Но встреча с Чонгуком заставляет его засомневаться...

Как из двух экстрасенсов выявить лучшего? 1. Сообщите имя ясновидящего. 2. Заручитесь поддержкой притворщика. 3. Потребуйте божественной любви. 4. Пригрозите богам, чтобы не напортачили.

Всевышние Звёзды зажигаются на небе тёмной ночью, дабы охранять покой земных детей. Не зная больше покоя, Чонгук проклинает Всевышних, зарекаясь погасить небесные тела, когда он вернётся. Чтобы у тех, за кем он придет, не проскользнуло и мысли взмолиться к Звёздам и надеяться на пощаду.

Глаза... Глаза у этого болтливого красивые, такие голубые. Даже в темноте яркие, насыщенные, в них страшно смотреть. Прилипчивый, конечно, как клещ, но взгляд-то какой... Пронзительный. До костей. Он капитану напоминает море, оттого и страшно. Если честно, очень. Моря губят жизни. И люди, знаете ли, тоже так умеют.