В момент, когда включился свет, он стоял в полном ступоре, с широко открытыми глазами, тяжело дыша и в абсолютном недоумении. Он провел пальцами по губам, все еще чувствуя тепло и покалывание от недавнего поцелуя. Глядя на них, он увидел лишь след ярко-красной помады, как напоминание о случившемся.

Прошло больше тысячи лет со времён правления Иккинга Кровожадного Карасика III. Маленькое племя Хулиганов превратилось в сильное государство. Люди забыли что когда-то в мире жили бок о бок с могучими рептилиями. Но миру судьбой предначертано возрождение великого покорителя неба. И тогда вместе с ним вернуться драконы.

Иккинг милый. Нет, правда. Астрид убеждает себя в этом, повторяя в голове слово “милый” тысячу и один раз, лишь бы не думать о том, что она только что предложила ему поехать к ней. Лишь бы не думать о том, что взгляд темно-зеленых глаз пронзает её насквозь.

Астрид нашла его на кухне, готовящим завтрак. Парень был повернут к ней спиной, и на нем были только боксеры. — Доброе утро, — её голос был осипшим. Парень дернулся на мгновение, прежде чем медленно обернуться: красивые зеленые глаза, полные неуверенности, веснушки, маленький шрам в уголке подбородка. Черт возьми, да он же красавчик. — Ты не помнишь моего имени, — заключила она, — кстати, я — Астрид, и я тоже не помню твоего имени. — Иккинг.

Астрид просит Иккинга сделать для нее кожаные ограничители, чтобы она могла воплотить в жизнь свои фантазии о рабстве. Иккинг в восторге от того, чтобы создать самый обтягивающий и сексуальный наряд и сделать Астрид более беспомощной, чем она могла себе представить.

Иккинг и Астрид теперь встречаются, и парню не терпится сделать для нее нечто особенное этой ночью, в годовщину их первого полета на Беззубике. И что может быть лучше романтического полета при свете звезд и северного сияния?

Иккинг Хэддок всего лишь стоял на станции метро, ожидая своего друга. Астрид Хофферсон всего лишь хотела узнать, как добраться до нужной станции. Но как только их пути пересекаются, они неожиданно попадают в невероятное приключение с бедами в метро.

Астрид хорошо помнила тот день, когда ей объявили о её замужестве. Она помнила тут длинную дорогу на корабле и то как её родной остров медленно исчезал в густом тумане. Она могла точно сказать, в каком положении было солнце и сколько людей было на пристани в тот момент, когда они пришвартовались. Но она не могла вспомнить момент, когда начала влюбляться.

Их отношения — это замкнутая череда конфронтаций. Их разговоры — это регулярно повторяющаяся ошибка. Их совместимость — абсолютный ноль. Система, в которой ненависть на голову выше вожделения, схлопывается мгновенно. Без возможности шевелиться, дышать полной грудью, отстаивать себя. На проигрыш есть всего одна причина. Химия и любовь отличаются только отсутствием селективности. Остальные причины — сплошная формальность.