Се Лянь потерял своих родителей, свою страну, свой статус в армии... а теперь и свое достоинство. Попав в плен и будучи подаренным королю Уюна, он вынужден работать танцором в чужом дворце. Однако не сразу Се Лянь привлекает внимание короля, только когда его застают за обучением детей ведению боя.

"Обещаю, я разгребу всё то дерьмо, которое он оставил в твоей израненной и доброй душе". Се Ляню двадцать два. Не такой уж и большой возраст, но он уже узнал, что такое унижение и боль. Пять лет парень был в ужасных отношениях, теперь его жизнь изменилась, у него появился любящий человек, но прошлое всё ещё даёт о себе знать.

Над морем Чэнчжу круглые сутки бессветно и пасмурно, пока однажды прямо в его руки не падает солнце из прошлого.

— Возможно, — медленно начал Хуа Чен, впервые выглядя человеком, а не богом, с особой тщательностью выбравшим человеческое обличие для путешествия по этому малозначимому и скучному миру смертных, — я мог немного соврать моей группе. Я мог сказать им, некоторым из них, совсем немногим, что женат. — Хорошо, — ответил Се Лянь, предполагая, что тот говорит о своем особенном человеке. — На тебе. — Что?

Каким бы жестоким ни прослыл третий принц империи Тунлу, а пойти против приказа императора о браке не мог. Теперь во дворце и в жизни альфы поселится "невероятно красивый и богатый" принц из Сяньлэ, который уже вызывает головную боль у Хуа Чэна, и это они еще ни разу не встретились. Сможет ли будущий муж оказаться не таким разбалованным, как другие высокостатусные омеги, и что делать с сердцем, которое так и не прекращает свой бешенный стук при виде Фан Синя, "свалившегося" в его жизнь.

Во всем мире есть лишь один человек, способный излечить тебя. Твоя судьба, твоя родственная душа, твоя единственная любовь. Хуа Чен не хотел даже слышать об этом. Ведь свою родственную душу он ненавидел.

Фэн Синь действительно говорил, что Му Цина пора спустить с небес на землю. Однако он точно не имел в виду что-то подобное.

У Се Ляня уютная квартира, белый хорёк по имени Жое, куча студентов и корзина проблем, собранная из вечных фиаско в отношениях, одиночества и старой незаживающей психологической травмы. У Хуа Чэна друг-аутсайдер, своя арт-студия и маленький с пулей в голове фенек. А ещё у Хуа Чэна дикий запас из любви и заботы, и теперь, кажется, он знает куда всё это девать.

Хуа Чэн ребенок. Он верит в Бога. Ведь Бог везде: поет в телевизоре, улыбается на рекламных баннерах, позирует для журналов и подмигивает с чужих футболок. Хуа Чэну думается, что, раз Бог везде, его молитвы не могут не услышать. Хуа Чэн вырастает. Он так же верит в Бога. Но теперь понимает, что Бог загружен делами в столице и не слышит молитвы, возносимые Ему. Поэтому Хуа Чэн больше ни о чем не просит. Он знает, что не получит ответа. Знает, и все же Бог почему-то начинает ему отвечать.

Прожив невыносимо долгих три года после смерти Вэй Ина, Лань Чжань однажды просыпается, и понимает, что ему снова пятнадцать лет, что не было кровопролитной войны и всех её последствий, можно было бы принять всё за долгий и мучительный сон... Но старые раны никуда не делись, ноют шрамы, напоминая обо всех совершенных ошибках. И кругами на воде расходятся перемены, которые в мир приносит человек, не желающий во второй раз потерять самое дорогое.

**Что, если Вэй У Сянь будет расти ослабленным и болезненным ребенком? Поменяется ли к нему отношение в Пристани Лотоса? И что будет между Лань Чжанем и Вэй Ином, если опустить трагические события канона?**