"Лето в Пионерском Галстуке: Новая История" – это волнующая история о смелости, дружбе и любви, разворачивающаяся на фоне красочных советских пионерских лагерей. Этот фанфик обязательно захватит ваше сердце и увлечет вас в незабываемое путешествие☭

Лето - это прекрасно. Речка летом - вообще замечательно. Что может пойти не так? И если идёт не так, то может ли это быть здорово?

Незримая нить соединяет их сердца, и эта нить - порой единственное, что может служить связующим. У тебя ничего больше нет: бессмертная вера в то, что человек по другую сторону этой ниточки жив. Надежда на то, что его поиски не затянутся до глубокой старости. И любовь.

Рука, которой Антон держал корешок блокнота, дрогнула, когда на соседнее сиденье приземлилась туша парня. Петров не обратил на него внимания, только почувствовал запах сигарет, холода и мятной жвачки. И как он терпит этот запах? Или просто не замечает? Над этим вопросом Петрову поразмышлять не дают, из его уха выдёргивают наушник... Или история о том, как у Антона появился знакомый в автобусе.

– Никогда не понимал в чём прикол медленного танца. – Снова ему в ответ молчат. Антон даже подумал, что Рома мог уйти, но когда услышал голос со стороны, был бы только рад тому, чтобы Пятифан и правда ушёл. – Станцуем? – Чего? – Станцуем, говорю?

жмыхнуло от «бесприданницы», потом меня подтолкнули к одной достаточно интересной идее...

Каждый день на одной и той же улице играет чудесная музыка скрипки, которую держит в руках маленький скрипач.

Если один из 2 лучших друзей, абсолютно гетеросексуальных парней, любит постебаться - это может привести к неожиданным последствиям.

Нельзя доверять людям, которые едут с тобой в одном лифте.

Мне лень придумывать краткое содержание, так что прочтёте и узнаете

Два малахита, обманчивых и дурманящих. То ли проклятие, то ли одержимость поселилась внутри, но Цяньцю всё продолжал думать о глазах бандита, который в очередной раз опозорил компанию Юнъань на весь интернет. //АU: Ци Жун - главарь нелегальной группировки, Цяньцю - владелец компании.

И снова оно. Снова этот белобрысый придурок выплёвывает что-то на грёбаном немецком, чтобы Рома в очередной раз нихрена не понял и раздражался от этого факта лишь сильнее. Но на сей раз этот номер не прокатит, ведь рядом сидит их общий лучший друг, который, вот так удача, является немцем во плоти. – Что он сказал? — спрашивает Рома, злорадствуя внутри. – Что у тебя красивые глаза. И давится школьным чаем, не замечая, как этот самый друг тихонько хихикает себе в кулак.

— Ты это уже давно обдумал, так ведь? — спрашиваю спокойно, а самого изнутри разрывает на лоскуты. — Давно. Курим молча ещё пару минут. Хочу заговорить, но язык прилип к нёбу, как назло. Я провожу последние минуты с этим человеком, так будь добр — отлипни, блять!

Когда к Антону впервые прикрепили напарника, он был не вполне доволен этим раскладом. Вернее, отпирался, как только мог. Увидев только своего потенциального помощника, Петров умоляющим взглядом мысленно попросил его испариться. Но тот оставался на месте, держа осанку, однако абсолютно безо всякого огня в глазах, безо всякого интереса, и глядя на Антона как-то свысока. По его самоуверенной позе стало всё понятно с самых первых секунд. Это значило лишь одно – конфликтов и зазнайства не избежать.