На периферии слуха звучит нетерпеливый механический голос Харитона, поторапливающий Нечаева выстрелить. Но Сережа почему-то медлит. И молчит.

Длинная концовка, ранение Сеченова привело к травме позвоночника. Преслэш.

Пост канон, плохая концовка, но все живы. Сеченов отправляет Сергея в отставку, считая, что Нечаев не представляет опасности для него и гражданских лиц. Но так ли это?

Нечаев очнулся посреди хаоса. Прямо перед ним Левая накрывала собой тело Сеченова от переломанного крыла самолёта. (прямое продолжение плохой концовки)

— Товарищ! Согласно советским законам, безбилетный проезд возможен только для инвалидов и беременных женщин! — тут Рафик прервался, его механические глаза быстро забегали, будто считывая какую-то невидимую информацию. — Прошу прощения! Билет вам действительно не нужен, пожалуйста, займите любое понравившееся место, дорогой товарищ! Поезд отправляется через десять секунд. Поздравляю вас со счастливым событием! П-3 в немом удивлении уставился на робота, и ХРАЗ на его руке тоже странно замер.

Сонгфик по песне Агаты Кристи "Щёкотно"

Миссия в Болгарии стала для Нечаевых последней в составе отряда "Argentum". Так бы и оставаться им обоим личными агентами по условно опасным поручениям при академике Сеченове, если бы не сбой на Предприятии, стихийно сформировавший новую боевую единицу. В составе которой, помимо Нечаевых, оказалось целых два светила Советской науки. А, если присмотреться внимательней, так и вовсе - четыре.

После событий на комплексе "Менделеев" Сергей покидает Предприятие 3826 с целью отдохнуть и поразмышлять о произошедшем. А академику, на чьей шее висела вина за состояние подопечного, оставалось лишь мечтать о том, что бы майор позволил взглянуть в свои светлые глаза и проявить всю свою любовь и заботу.

И он сделает для него что угодно. Будет продолжать откручивать головы всем его неприятелям, устранять препятствия и исправлять ошибки, исправно греть ему постель, покорно вставать на колени, повинуясь одному лишь мановению руки, да даже гребаные завтраки готовить. Он будет хоть в ногах сидеть, подобно сторожевому псу, если потребуется. Сам вложит в эти руки, от которых всегда знал лишь ласку, свой поводок. А взамен попросит лишь одного: не прогонять.

Никогда. Он может больше никогда не увидеть свою дочь. Ту, о которой еще десять минут назад он даже, блядь, не знал, потому что человек, которому он доверял больше, чем кому-либо, больше, чем даже себе, скрыл от него все.

Как-то так вышло, что для потерявшего себя вместе с памятью Сергея Нечаева дни начали делиться на хорошие и плохие. И то, каким будет очередной день, зачастую связано с академиком Сеченовым.

… Дмитрий Сергеевич Сеченов находил майора Нечаева.