Мне так холодно… Обними меня… Согрей меня…

Небольшие (в основном) зарисовки о плутовке дроу Лив и о том, как её соблазнял один коварный вампир...

— Я хочу, чтобы ты вернула моё сердце, дорогая. — Всё ещё тешишь себя надеждой о том, что оно у тебя есть?

Вот уже ровно год минул со дня спасения Врат Балдура. Касадор Зарр мёртв, а Астарион стал существом нового вида – Вознёсшимся вампиром. Ему достались роскоши и наслаждения, что доступны лишь живым, он новый хозяин алого дворца, богатый любимец сливок общества, кажется, у него есть всё – но так ли это на самом деле?

При первой встрече Астарион хотел убить ее, приняв за прислужницу мозгоедов. Позднее думал, что она может быть легкой добычей. Теперь же стало очевидно, что волшебница-полуэльфийка Кейт может оказаться намного полезнее, чем он предполагал сначала...

Когда столетия рабства не проходят бесследно, когда страх порой мешает наслаждаться полученной свободой и совершаешь ошибки. Когда предательство и ложь его суть.

Мой собственный взгляд на прохождение игры "Балдурс гейт" , а если быть точнее, квеста Астариона. 💖 Мое сердце в данный момент, как впрочем и сердца многих девушек, женщин и многих других, бесповоротно отдано этому харизматичному мерзавцу эльфовампиру)))

Продолжение "день и ночь рассудок в клочья, ты ко мне вернёшься точно". Астарион ввязывается в войну против Врат Балдура, чтобы захватить главенство в городе. Мадленн выступает с его врагами против него. Проигрыш окончательно проводит черту между ними, но и связывает в то же время королеву и высшего вампира сильнее всего. Ведь он насильно обращает её в подобную себе.

Иная концовка работы "Eat your young": Астарион не возвращается за Мадленн в святыню фейри и покидает Долину Ледяных Ветров. Через время он приносит в жертву кучу невинных душ и Касадора, становясь высшим вампиром. Мадленн же убивает дядю после самовольного захвата им королевского трона, занимая положенное ей место. Вампир и принцесса встречаются спустя много лет, изменив давным-давно самим себе, но не друг другу. Или Твоя кровь всё ещё сладко поёт у меня в сердце, которое давно не бьется.

Лирика тяжело сглотнула и стиснула зубы, возвращаясь в настоящее. О чём Астарион сейчас думает? Он должен был проснуться и обнаружить, что её нигде нет, её спальное место пустует, а она пропала уже как несколько дней назад.

Энвер Горташ устраивает бал-маскарад для высшего общества и приглашает Тав на торжество. Эрцгерцог Врат Балдура нацелен на плотное сотрудничество с Избранной Баала. Впрочем, у Тав другие планы на вечер.

Астарион напрягся, отстраняясь, чтобы встретить ее пристальный взгляд. «Я сделал что-то не так, моя сладкая?» «Хватит этих гребаных ласкательных имен», — практически зарычала она. «Ты мне ничего не должен. Тебе не нужно притворяться, что хочешь меня. Я не лгала, когда сказала, что хочу помочь тебе, так что и ты не лги мне, не декламируй сонеты и не притворяйся влюбленным».

Астарион не станет кем-то большим после ритуала. Он уже стал – благодаря ей.

Касадор не солгал. Все, кто носили на себе тот шрам, будут принесены в жертву.

Один путь дарит Астариону жизнь под солнцем, вот только принесет ли ему этот выбор желаемое?

Близко. Он слишком близко. Расслабься, не думай, не сомневайся в нём. Он обещал, что не возьмёт больше необходимого. Он обещал, он обещал, он обещал... И если не сдержит обещание - умрёт.

Сегодня вечером он проведёт бал-маскарад в честь столетия относительного мира.

Лайга не любит пристальных взглядов и лживых приторных речей. Она натерпелась подобного при дворе отца. А Астарион — лицедей, каких поискать. Астарион не любит лишнего шума и когда кто-то столь прямолинеен, что его невозможно смутить. А Лайга — один сплошной гул и бедствие. «Для дочери Холодных Земель у неё слишком горячая кровь», — думает Астарион. «Для вампирского отродья он слишком угодно смотрится на солнце», — хмурится Лайга.

"Что ж," — напевает он, — "веселье не обязательно должно быть односторонним. Наше время вполне может быть ограничено. Ты поможешь мне с моим состоянием… а я смогу помочь тебе с твоим." "Моим состоянием?" Астарион наклоняет голову. Что-то в медленном поднятии уголка его рта заставляет её быть уверенной, что она пожалеет, что задала именно этот вопрос. — "Дорогая, уже достаточно плохо, что мы можем в любой день взорваться щупальцами. Мне не хотелось бы видеть, как ты умрёшь девственницей."

Каллисто взяла на себя роль той, кто решает все конфликты отряда. Астарион недоволен таким порядком вещей