Душа Мо Вэйюя, пойманным в клетку диким псом, ходит кругами, скалится… Но из проржавевших прутьев тела не выбраться. Не выйти покурить, не взять тайм-аут. Мо Вэйюй в ловушке, в которой очутился не по собственной воле. В ловушке из плоти и крови. Он и представить себе не мог, что когда-то станет чьей-то тенью. Когда-то станет вирусной программой, проникшей в чужой организм. В чужой организм человека, являющегося его прямым конкурентом… В организм альфы, по имени Мо Жань. ✨ Сборник завершен ✨

Видите ли, в соседнюю квартиру переехал симпатичный мужчина и Мо Жань не смог устоять перед тем, чтобы не попытаться с ним познакомиться. Но кажется с самого начала всё идёт не так, как надо. Что же делать? Здесь: любить - бить, познать истину - совершить злодеяние, дорожить - удерживать насильно подле, ненавидеть себя - выставлять своё тело напоказ в лучшем одеянии.

- Так Вы обо всём знаете? - вопреки жестоким словам, Ши Мэй мягко улыбался. - У нас с Мо Жанем идёт борьба за власть среди боссов. В мафии это часто происходит, не думали об этом? Я редко играюсь с кем-то, но Вы давно мне приглянулись, учитель. А... Вы наверняка об этом не в курсе? Ваш обожаемый Мо Жань не такой уж и невинный. Фраза, с которой всё началось, и которая имела пагубные последствия для всех троих.

Двадцатые годы двадцатого века - тревожное время для Поднебесной. Время смены старой власти, время перемен. Кто-то проводит тайные собрания. Кто-то пишет стихи. Кто-то устилает путь к свободе чередой взрывов. Каждый борется по-своему за свободу и мечту. Но все горят неугасимым пламенем. Есть ли на войне место любви или превыше всего - Революция?

Что делать, если любимый препод оказался сексуальным стриптизёром, а два лучших друга — идиоты, не замечающие чувств друг друга?

— Ой, мастер Дилюк, так вы помолвлены? Поздравляю вас! — искренне радовалась Люмин. — Кто она? Красивая, наверное? Тоже благородных кровей? Мы её знаем? — без остановки сыпала вопросами Паймон. И только Дилюк смотрел на бокал, выскользнувший из рук, и думал: «да, Паймон, вы «её» знаете. Кстати, сэра Кэйю не видели? Надо сообщить ему о нашей с ним помолвке».

Очередная попытка Ло Бинхэ привлечь внимание профессора Шэня оказывается одновременно неудачной и удавшейся. Для всех.

ОПИСАНИЕ СОДЕРЖИТ СПОЙЛЕРЫ КАНОНА (и сам фанфик тоже!) АУ - в сердце Мо Жаня никогда не прорастал Цветок Вечной Ненависти, Прекрасных Костяных Бабочек считают людьми. Мо Жань - подросток, столкнувшийся с проблемой восприятия феромонов после проявления вторичного пола, испытывающий симпатию к Ши Мэю. А Тасянь-Цзюнь - вторая личность, олицетворение инстинктов альфы, желающая обладать Чу Ваньнином. Мо Жань - Альфа, Чу Ваньнин - Гамма, Ши Мэй - Омега

Он - рок-звезда современной архитектуры. Его обожают студенты, а его вилла "Алый лотос" еще на стадии строительства вошла в учебники архитектурных академий. Он носит белоснежные "оксфорды" и андеркат. Он поддерживает феминистские НКО и говорит в интервью о равных правах и возможностях. Он почти никогда не вынимает наушники из ушей. И у него есть тайна. Даже от самого себя. *** "У них был сад. В саду был лотосовый пруд"

Шэнь Юань мог с уверенностью заявить, что чувствовал себя не в своей тарелке в этом новом спортивном зале (куда его затащили против воли). Он понятия не имел что делал, после каждого выполненного упражнения находился на грани смерти и, видимо, его собирался избить незаконной красоты местный сотрудник, что продолжал на него пялиться. К сожалению, Шэнь Юань понимал, что вынужден задержаться тут на какое-то время. Да и кто знает, может он найдет причину остаться?

Такемичи уже давно свой парень среди Свастонов. Шаг за шагом он приближает будущее, где все живы и счастливы. Только, вот незадача, на самом деле Такемичи Ханагаки – самая, что ни на есть, девушка. А девушек, как известно, в байкерские банды не принимают.

Что для учёного его собственный уголок? Место для спокойных научных изысканий? Как бы не так: мало того, что под носом лентой вьётся ухажёр, так ещё и для коллег-врачей нужно выдумать диковинку, лекарство, которого не видел свет. Но Маомао непременно разберётся, что с Дзинши, что со смертельно опасным ядом, способным помочь людям.

Аль-Хайтам и Кавех долго шли к тому, чтобы по-настоящему называться семьей. Теперь у них появился сын Веритас, оказавшийся маленьким гением, которого очень непросто воспитывать.

Кавех задумывается о том, почему люди хотят детей, Аль-Хайтам задумывается о том, что такое семья, Веритас думает, что приют предпочтительнее новых усыновлений - здесь от него не откажутся.

По следам ветра — об этой игре сумеровской четверке рассказал путешественник, показав тем самым новый способ провести время вместе помимо призыва семерых. И во время одного из раундов Кавех с негодованием пытался уговорить вечно отлынивающего Хайтама помочь с починкой механизма...

Глобальная катастрофа-пандемия полностью изменила будущее растущей, процветающей цивилизации. То, что раньше казалось постоянным, стало меняться так хаотично и стремительно, что в круговороте смертей и нарастающей паники даже родной дом теперь чужд и далек. Но что же в этом новом мире опаснее - обезумевшие зараженные или человеческая жестокость?

Аль-Хайтам разбирается во многих вещах, но отнюдь не в человеческих отношениях — ну, не в той их части, которая про выстраивание на основе симпатий. На самом деле, он даже не уверен, что способен чувствовать в этом направлении и в нужной мере, но факты — а аль-Хайтам привык опираться на них — таковы, что он всё-таки стоит перед Нилу и мнётся, пытаясь попросить совета, как... выказать симпатию Кавеху. Всё равно, что акт спектакля-фарса.

День рождения аль-Хайтама совсем скоро, и у Кавеха есть идеальная идея для подарка. Продолжение аушки, в которой Кавех выяснил, что Хайтам глух, и теперь пытается что-то с этим сделать.

Потеря сил вновь настигает временную синигами, на сей раз ― после изнурительной войны и тяжелейшей победы над Яхве. Эта победа принесла мало хорошего: Общество душ в руинах, список потерь Готэя огромен, а самой победительнице заказан путь домой. Ичиго полностью опустошена, несчастна и на грани смерти. Неожиданно спасение ей навязывают с той стороны, от которой она меньше всего ожидала участия и благодарности...

Жизнь рок-звезды никогда не бывает гладкой, она полна своего дерьма и испытаний, и не сломаться тут практически невозможно. Будь ты хоть сто раз здоров телом и духом - ебанешься, как пить дать. А я изначально не был здоров, Куросаки. Поэтому иди нахуй, и дай мне спокойно сдохнуть.