Во всем виноват он. Вове Суворову было восемь лет, когда его жизнь разделилась на до и после. Мама ушла из семьи, а папа решил создавать новую, не замечая изменений в собственном ребенке. Дикая мания контроля настигает его настолько сильно, что он забывает, какая была жизнь до этого. Бесит всё, что идет не так. Сука. Во всем виноват этот импортный автомобиль, из-за которого всё началось.

Vita nova - Новая жизнь.

— Блять… Голова раскалывается и перед глазами все плывет, но она точно знает. Во-первых, она не у себя дома. Во-вторых, даже не в своей Вселенной.

Это настоящая улица, настоящие группировки, а Валера — настоящий пацан. И никакой любви тут не будет.

- И куда его тащить, Турбо? - раздражено бросил Зима, еле волоча автора. - Потащили к Анабеле. Сеструха не откажет, если конечно не тетрадки проверяет. Анабела Туркина - двоюродная сестра Валеры. Уже около двух лет днем она подрабатывает в школе учителем Английского языка, а раз в две ночи «работает» медсестрой, обрабатывая раны брату-группировщику и его другу. В одну из таких ночей ей как обычно раздался звонок дверь, но теперь в дверях стояли не только закадычные друзья со школы.

Она стоит в дверях, съежившись, покуривает сигаретку, а в груди Вовы Адидаса сердце делает тройной кульбит. Ей, кажется, не плевать только на желание захлопнуть дверь прямо у носа, потому что нога нетерпеливо дергается, а в стеклянных зеленых глазах он видит только свое отражение. — Ну? — раздраженно выдает она, выдыхая за порог квартиры облако едкого дыма. — Что хотел?

Он не любила шумные группировки,но любила его. И даже не знала что он один из них

Не волнуйся, ты когда-нибудь встретишь своего человека, а пока, встречай зиму.

Лиля, девушка воспитания, учится хорошо. Только вот жизнь так сложилась что пришлось переехать в город детства. Но и тут ей скучать не придётся.

Он был во всех смыслах особенный. Сын приличного человека, ставший "автором". Солдат-герой, защищавший Родину в Афгане. Мужчина, чье имя вызывало страх. А она была обыкновенной. Дочь беспробудно пьющего работяги. Жертва, которая смирилась с этим. Девушка, чье имя никто не знал. Но она могла дать то, чем обладает не каждый. Надежду.

Вот как год уже она не ходит по универсамовской территории. Знает ведь, что если поймают — жалеть не станут, не посмотрят, что девочка. Баб врагов — а тем более домбытовских — никогда не жалеют. Рубильник особо не спрашивал, прежде чем своей её наречь, а ей лишь приходится на свою банду корячиться, да мечтать о лучшей жизни. И ведь не подозревает даже, что рано или поздно найдётся тот, кто вместо крышек от пива ей будет дарить цветы. Живые. По субботам. Ведь в воскресенье у него выходной.

- Ад, что случилось, почему не позвонила, сумки зачем? С отцом поссорилась? Вопросов много слишком задаёт да видит по глазам ее красивым, что не так что-то. - Убили отца, Вахит, убили - девушка носом шмыгает - ты да дядя Анвар у меня есть только, мне больше некуда идти. Губы в линию тонкую сложила, рукой по щеке красной проводит. - Дела...

- Чёрная? - Нежная, Турбо. Нежная. - слегка усмехнувшись, она выбросила недокуренную сигарету и хрустя снегом, ушла в сторону знакомого подъезда. А он стоял, смотря как её тень постепенно окрашивается в чёрный, поглощая свет мигающего фонаря. - Чёрная, Жаным.

Ты звонил мне в тот вечер чтобы спросить люблю ли я тебя? Да, люблю. Но теперь я смело могу поменять номер, который пять лет ждал твоего звонка.

В жизни порой через многое приходится пройти, особенно, если это касается тебя ещё будучи в совсем юном возрасте. Иногда совершенно чужие тебе люди становятся роднее родителей. То же самое касается и Сони — девушки, воспитанной улицей.

— Володя, — представился парень, сверкая обворожительной улыбкой. — Позвольте Вам помочь, — не дождавшись ответа, Адидас забрал оба пакета из ледяных рук девушки, пока младший смотрел на развернувшуюся перед ним картину, разинув рот. — Что же Вы ходите без варежек, Нина Сергеевна? — ехидно протянул усатый, следуя за голубоглазой. Её красный платок на голове подчеркивал яркий румянец, губы были сухими и обветренными, а ресницы доставали почти до самых бровей.

Зима и Турбо сражаются за сердце одной юной особы, не особо понимая, что сердце то она уже отдала. Или история о том, как Варе совсем немного нужно для счастья.

У меня нет ни одного любимого цвета, но я всегда был неравнодушен к безумно красивому оттенку твоих глаз

— Меня Мирослава зовут, увидимся еще? - отчаянно проговорила девушка, надеясь, что он не откажет ей в дальнейшем продолжении знакомства. — Какой стыд! - девушка удивленно подняла брови, пока парень сделал удрученный вид. - Девушка первая проявляет инициативу, я крайне недоволен своим поведением. Владимир.

Алия словно вся состоит из яда: завистливо смотрит, с грубым сарказмом говорит, а сердце все равно кровью обливается, стоит только кинуть взгляд на счастливую Айгуль.