— Ты можешь всего один месяц вести себя, как нормальный муж? — строго глядит на омегу Юнги, скрещивая руки на груди. — Всего один месяц. Четыре недели. Тридцать дней. Семьсот двадцать часов! Только этот срок, чтобы родители отстали от нас, и ты продолжишь жить, как жил.

Он был дарован ему самой судьбой, но воспринят, как наказание. И единственным наказанием послужит собственное непринятие истинного.

У Чонгука «Форма Голоса» на повторе, жизнь из-за откровений перед родителями превратилась в морального палача, и из мыслей только полное непонимание того, что его ждёт дальше. А у Чимина улыбка неискренняя чаще, чем наоборот, провал за провалом, ненавистная работа и каждое «я люблю тебя», сказанное лучшему другу в ответ, отдаёт жгучей болью, потому что это та любовь, что чувствуют пары у алтаря, а не друзья, считающие друг друга семьёй. Оба в полном дерьме, и оба изо всех сил это отрицают.

AU, в котором Чонгук бьёт морду наглому Пак Чимину за то, что тот переспал с его девушкой, и сразу после этого всё идёт не так, как надо.

Что делать, если ты в отношениях, но, кажется, влюбляешься в другого человека? Человека, в которого вообще не стоило бы влюбляться...

Наибольший соблазн преступления заключается в расчете на безнаказанность. Maxima illecebra est peccandi impunitatis spes.

Чимин оправдывается мизофобией и говорит, что ему просто противно до всего дотрагиваться. Но на самом деле всё гораздо глубже, и мизофобия лишь доля правды от всего остального.

Чонгук бесился. Ощущение несправедливости, какого-то обмана и обиды нарастало в нём постепенно, оно начиналось с неприязни, а выросло в тупое сверление внутри, от которого было не убежать, не скрыться. Он прожигал на парах Чимина взглядом и пытался понять, что в нём такого и почему из-за него альфа, красавец и всеобщий любимец Чон Чонгук не может жить спокойно.

– Я тебя ненавижу. ­ – За то, что я выхожу замуж за твоего младшего брата? А может, ты ненавидишь себя? За то, что несмотря на это, продолжаешь хотеть меня трахнуть?

Чимин – прелестная куколка с разводами блёсток на лице вместо слёз. Чонгук – его бывший, который внезапно осознал, что не сможет отпустить своего омегу. Даже если для этого придётся перекрасить японскую тачку в розовый за одну ночь и найти коробку клубники в карамели.

Мафиозное AU. Со времен кровавой войны прошло много времени, с тех событий утекло немало воды. Старые раны затянулись, но шрамы остались, и все так же болят при непогоде. Они объявили перемирие. Решение было найдено: начиная с этого дня все омеги клана Ким должны были заключать династические браки с кланом Чон. И только так получилось бы сохранить хрупкое перемирие, дать возможность кланам выжить. Так было из поколения в поколение. Пока Чон Чонгук не встретил однажды Чимина...

— Однажды я проиграл тебе, но взамен получил твоё сердце. И знаешь… — гонщик наклоняется к Чимину предельно близко и шепчет так тихо, чтобы последующие слова адресовались только ему одному. — Ты всё, что мне нужно. И через секунду Чон Чонгук слышит давно выученное наизусть: — Я тоже люблю тебя.

У каждой любви свой ценник. И с этим открытием Чимин столкнулся очень внезапно, вынужденный разыгрывать целый спектакль перед собственной семьёй, отстёгивая кругленькую сумму незнакомому парню, который должен искусно изобразить его возлюбленного жениха.

Оставался лишь один выход, к которому он прибегать не очень то и хотел, привыкнув полагаться лишь на себя и всегда выкручиваясь из любой проблемы. Но сегодня исключительный день, так что он достал телефон и набрал давно заученный наизусть номер своего продюсера, который по совместительству был еще и близким другом.

Без труда удерживая на лице безразличие, Юнги сдвигается в сторону окружённой толпы. Некоторые омеги шугаются, некоторые едва дёргаются, но ему плевать — он наблюдает за тем, как чужие глаза смотрят на него сначала с испуганным недоверием, а потом распахиваются. В понимании. Испуганном ты-идёшь-ко-мне.

На севере есть одна традиция: перед зимним солнцестоянием вожаки стаи обмениваются «подкидышами» — альфами, которым не нашлось места в родных краях. Они ищут новое пристанище в другой общине. Вот и Чонгук искал дом в сердце вожака стаи, омеги по прозвищу «Ледяное сердце».

Корейский бойзбенд только начинает набирать популярность и входить в круги восходящих звёзд шоубизнеса, как вдруг выясняется, что среди них, в букете из альф и бет, затесался омега. Да ещё и парень. Никогда мир такого не видел прежде. А по психике Юнги это ударяет с ещё бо́льшей силой, ведь он оказывается первым, кто застаёт Чимина врасплох, и пытается сохранить всё это в секрете от целого мира.

чимин позволил юнги в детстве из интереса укусить его, но он и понятия не имел, к чему это может привести.

Один безобидный Чимин и один переломанный жизнью Юнги, два разных мира, столкнувшихся лбами, одному досталось, другому досталось узнать, что такое быть нужным. За все спасибо Тэхену, который забухал, потому что его кинули.

— Ты уходишь от темы, Чимин. Просто задумайся: вы с Юнги в браке более пяти лет, и при этом обращаетесь друг к другу на «вы», обсуждаете только работу и спите в разных комнатах! — восклицает Тэхён. Чимин хочет возразить про комнаты, но вовремя затыкается. Возможно, друг и прав, но Пака полностью устраивает его жизнь. au, в которой Юнги и Чимин заключили брак по расчёту пять лет назад и только спустя долгие года внезапно начинают друг в друга влюбляться.