— В следующий раз, когда я тебя поцелую, это будет твое настоящее лицо. Чжоу Цзышу пожал плечами. — С таким строением черепа у тебя должны быть красивые губы, — заметил Вэнь Кэсин. — Будь моя воля, я бы искусал их до крови.

— А-Сюй, ах, А-Сюй, — промурлыкал голос, который Чжоу Цзышу надеялся никогда больше не слышать. — За тобой должок. Забыл? Ох, столько времени прошло, боюсь, набежали проценты.

Чжоу Цзышу становится слабым с Чэнлином, и ему это не нравится.

Вэнь Кэсин аж задохнулся и на мгновение оцепенел. Потом на лице "хорошего человека" медленно проявился хищный оскал, и он без намёка на смущение подошёл к Чжоу Цзышу вплотную.

Чжоу Цзышу – омега, вроде человек, но какой-то не такой, ведь как только разговор заходит о правах, в ход идёт метафора — «слабый пол». Чжоу Цзышу уж точно не согласен с этим. Он омега и всего в жизни добился сам! А его репутация была идеальной. По ощущениям самого омеги, жизнь у него складывалась наилучшим вариантом. Пока в один обычный выходной, Цзин Бэйюаню не удалось вытащить его на вечеринку. После нее омега проснулся в постели с прекрасным незнакомцем. Но мало того! Он еще и был в течке!

Вэнь Кэсин с неизменным упорством нарывался на неприятности. Сначала с бесовской ухмылкой декламировал стихи и без спросу подкладывал еду в тарелку Чжоу Цзышу. А потом, пару часов спустя — когда Чэнлина уже увели спать, а большинство гостей надрались в хлам — Чжоу Цзышу почувствовал руку у себя на бедре. Он бросил на Вэнь Кэсина испепеляющий взгляд.

Чжоу Цзышу соглашается помочь своему соседу по комнате Вэнь Кесину с видео 'candy kiss challenge', но Вэнь Кесин не полностью объяснил ему правила... - Видишь ли, вызов называется "челленджем сладкого поцелуя", поэтому я должен... - он замолчал. - Ты должен... что? - настаивал Чжоу Цзышу. - Ну, я попробую леденцы, а потом я... поцелую тебя, а ты попробуешь угадать вкус. Чжоу Цзышу замолчал на мгновение. - Так ты собираешься меня поцеловать? - Да.

— Господин, вам подлить еще, пока ждете гостя? Цзышу колебался и уже было хотел отослать слугу, но в итоге вылил остатки из маленького черного чайничка в чашку. — Хорошо. Вошедший мужчина был хорош собой. Его красота услаждала взор — подобный изысканный красавец мог соперничать с самыми прекрасными местными куртизанами. Его одежды оттенков белого нефрита и чистого снега были великолепно скроены, но изгиб алых губ выглядел чересчур резким.