Малфой, видимо, найдя новый объект для изучения, увлеченно рассматривал шершавую стену и что-то тихо мычал. — Что это с ним? Веритасерум? — Если бы, — Паркинсон раздраженно качнула плечом. — От Веритасерума есть антидот. А этот придурок зелье какое-то неизвестное выпил. И где только нашел? — хмуро возмутилась она и снова вздохнула: — Если бы только правду всем говорил, правдоруб хренов… А у него вообще крышу снесло, ты же видишь...

Драко проснулся в альтернативной вселенной. Или он окончательно сошел с ума. Иначе как еще объяснить, почему Гарри Поттер вдруг начал считать его своим парнем?

Кто-то решил пошутить над Гарри Поттером в душевой...

«Эй, Поттер, помнишь меня? Я тот, кто издевался над тобой все эти годы. Давай будем дружить? Или лучше давай встречаться? А вообще, выходи за меня, а? Потому что я просто подыхаю без тебя». Герой магического мира и бывший Пожиратель смерти — абсолютно нереально, без вариантов.

– Оу, я... ыгх... Мерлин, какого хрена... о, привет, Малфой, как дела? – Гарри повернул голову и улыбнулся. Вдруг толпа снова качнулась и Поттер почувствовал, как его вжимают сильнее, он запнулся и придавил Драко к стене.

После окончания войны Гарри уезжает работать вместе с Чарли в драконьем заповеднике. Спустя два года на их пороге появляется Драко Малфой.

Связь соулмейтов проявляется через прикосновения. Партнёр разделяет все яркие физические переживания своей половинки — будь то сильная боль или тягучее удовольствие. Одним осенним утром Драко Малфой просыпается от странных ощущений...

— О, Ради всего святого! Это было первое, что сказал Драко, стоило ему войти в их временное пристанище. — Какой ты неженка, - фыркнул Поттер. Драко яростно вспыхнул, метая молнии холодными, как воздух в лесу, глазами, но Поттер лишь довольно, дразняще улыбнулся.

Драко посмотрел на монитор и вздохнул. Это была плохая идея. Он слишком богат и слишком нескромен. Его выкинут из любого чата буквально через секунду после появления. В этом он не сомневался. Так же, как в школе. Ему семнадцать, а даже знакомых и приятелей он мог пересчитать на пальцах одной руки. На самом деле ему хватило бы трёх пальцев. Это угнетало, но Драко упрямо отбрасывал эти мысли. Он не настолько в отчаянии. Правда. Честно. Ни разу.