– Давай заключим сделку? Я помогу тебе вернуть твой бизнес, а ты поможешь мне с Минхо? Я хочу его больше всего на свете, Чанбин! /ау, где Чанбин - гонщик, Хенджин упрямо добивается своего, Минхо скрывает слишком многое. А Сынмин продал душу дьяволу.

Чанбин не топлес, но альтернатива этому куда хуже.

Что случится, если два парня в самый последний момент узнают, что оба из них предпочитают быть снизу? Это обычно обговаривают до самого процесса, но они решили поиграть в игру, которая решит, кто из них будет сверху. Минхо хочет, чтобы его трахнули. В принципе, как и Чанбин.

Чанбин нахмурился еще гуще — кажется, что он хочет ударить пол, как будто он оскорблен тем, что выцветший синий ковер осмеливается существовать в одном пространстве с ним. — Я не думаю, что тебе стоит оставаться одному во время твоей... твоей течки. — Что? — пронзительно крикнул Минхо с дикими глазами, — я не... это не... о боже мой, — низко шипит омега, — какого черта, Чанбин. Чанбину хватает совести смутиться, увидев глаза заалевшего от предложения Минхо. — Ты уверен?

Минхо действительно не знал, что ему думать, когда его бывший стоял перед ним и протягивал свой номер телефона с одним единственным предлогом: - Мы можем хотя бы быть друзьями?

Все начинается с того ужасающего факта, что Ли Минхо на повседневной основе зовёт Со Чанбина «котом».

Почему тебе всегда должно быть больно?