Они боялись это признать. Работали вместе уже давно, но не позволяли себе каких либо чувств. Но в один момент пик проблем настигает их, и единственным решением является – свадьба.

— Когда Парашурама занят творением и сохранением мирового порядка, то в этом случае Рама в качестве его аватары «призван отстоять достоинство брака, как выражения вечной и неразрывной связи между мужем и женой», — огласил Рам древний сюжет, когда надежда Деви на счастливое будущее почти иссякла. — Я поступлю также. Дивия Шарма станет моей женой, а не подарком для англичанина.

Игры девушек — это всегда весело. Особенно если эти девушки — Деви, Радха и Сарасвати. Соблазняя взглядами, мучая простыми касаниями и страстными поцелуями своих мужчин, они лишь сейчас поймут, насколько далеко зашли.

Молодое горячее тело Рама Дубея, было покрыто множеством тонких, неглубоких порезов. Рука сминала старую книгу тлеющую под пальцами, несущими в себе нечеловеческую силу. Тяжёлое дыхание замедлялось, голос становился глубже и переходил в поле низких вибраций. Деви начала бить мелкая дрожь волнения, сейчас должно было случится что-то очень неправильное, ведь кажется Рам Дубей не успевал...

— Дивия согласилась помочь нам: она будет медленно сближаться с Тианом, чтобы понять слабую точку этих мясников. Затем, как по тонкому лезвию ножа, мы пройдём в их голову и нанесём удар, от которого они безжалостно…

Он хотел её, хотел до безумия.

Камал смотрел на неё иначе, хоть и пытался подавить в себе такие новые, непривычные и запретные желания. А Деви знала, чувствовала всем своим естеством, что отныне границы дозволенного между ними окончательно стёрлись.

Ему снилась молодая госпожа Шарма, облачëнная в голубое сари...

Они сцепились, и кубарем полетели вниз с дерева, приземлившись в кусты. И даже там их пришлось разнимать нескольким взрослым, прибежавших на крики детей. Рем вцепился ей в волосы мёртвой хваткой, а она брыкалась и кусалась, не желая уступать. Теперь она сидела перед ним, спустя тринадцать лет, всё такая же: в ссадинах, порезах и синяках. Сколько в ней звенящей хрупкости и опасной заточки граней. Как стекло — вроде дунуть и разобьётся, зазеваешься — воткнётся в артерию и порежет до крови.

Кристиан поднимает на нее взгляд. Она неподвижна перед ним. Из-под подола юбки выглядывают кончики ее пальцев ног. Он лишь ненадолго задерживается на них и тут же задается вопросом, что же там выше. В голове живописно рисуется его супруга, сидящая перед ним на столе с поднятой юбкой.

Рам понимает, что значит ревновать, лишь когда видит, как лорд де Клер кружит госпожу Шарму в танце. Его желание увести девушку скоро становится непреодолимым...

И как не стыдно воспитанной госпоже подглядывать за красивым мужчиной?

– А что со мной? Лорд ничего не ответил. Он встал с дивана, подошел к ней вплотную. Девушке пришлось закинуть голову вверх чтобы посмотреть на него. Тут он делает то, чего она никак не ожидала. Садиться перед ней на колени…

Прошло пять лет с случайной встречи с мужчиной, который теперь станет моим мужем. Я бы хотела закрыться в своей комнате и кричать в подушку, да так, чтобы сорвать голос, но по неведомой мне причине не могла сделать этого, будто мы с ним... не такие уж и разные.

Было уже поздно о чём-либо думать, когда взволнованная Дивия шла в кабинет к Кристиану де Клеру с кувшином вина.