Для братца Самолёта попадание стало каторгой, для братца Огурца испытанием, а для сестрицы Малины - синекурой и достойной посмертной наградой. В самом деле, что такого сложного в изображении Мобей-цзюня? Вот только у сестрицы Малины есть не только лёгкий нрав и опыт управления. "Иронично: сгорела при жизни, а после смерти стала ледяным демоном".

Среди людей с севера существовала легенда, что ведала о волчице, однажды спасшей дитя, а затем родившей своего ребенка, что не был схож ни с человеком, ни с волком, однако одновременно являлся и тем, и другим. Северяне все шепчутся о происхождении легенды и платят дань в их честь. Шан Цинхуа полагал, что это достаточно интригующая история и планировал использовать ее как основу для своего произведения. Когда он решил пересечь черту Северного леса то получил больше, чем мог себе вообразить.

С недавнего времени на Мобэй Цзюня нашла напасть. Сны. Непристойные, сладкие сны. Они наносили практически ощутимый урон, так что являлись самой настоящей напастью. «О чем же эти сны? — поинтересуется читатель. — О какой-нибудь прекрасной демонице, охомутавшей сердце холодного Мобэй Цзюня, или симпатичном суккубе, на худой конец?» О, нет. Все сны Мобэя были о человеке. Самом близком Мобэю человеке, ради которого он был готов варить лапшу и таскать за собой старые тележки.

Не так давно у Его Величества появилась дурная привычка. Он постоянно дарил Шан Цинхуа украшения.

С тех пор, как советники Мобэй-цзюня стали настаивать на наследниках, Шан Цинхуа и мечтать не смел о спокойной жизни. До определенной встречи...

Мобэй Цзюнь не понимает Шан Цинхуа. Он все время думал, что знал его, но каждый раз убеждался в обратном. Ему остается только перестать предполагать, и начать учиться. - История Мобэй Цзюня и Шан Цинхуа, глазами ледяного короля.

AU: соулмейты, где на ладонях отражаются желания их половинки. Повелитель Севера был на границе с Ло Бинхе, занимаясь очередным завоеванием новых земель, собираясь сразу же после отправиться на совет, но в один момент его обычно ледяные руки окатила волна жара, отдаваясь резкими покалываниями, а привычная надпись "хочу спать", сменилась на "хочу умереть".

Три года назад он столько плакал и молился всем существующим и несуществующим богам, звал маму, а потом просто упал на колени перед Мобэем и попросил взять его на службу, даже не подозревая, нужны ли вампиру слуги, и чем это все может закончиться.

Нет, Шан Цинхуа был не против палаты люкс и свежих фруктов, а еще, согласно классическому сюжету, мог потребовать денег, и их хватило бы на несколько месяцев спокойной жизни, но что-то сдавливало внутри и неприятно кололо. В его фантазиях этот холодный мужчина обхаживал его просто так, за красивые глазки, а не из чувства страха.

Кто же мог подумать, что на семью выпадет горе. В дар Владыке Зимы выбрали любимую младшую дочку, что означало привязать ее в лютые морозы к ели и оставить на верную смерть! Как хорошо, что в их семье был нелюбимый всеми Шан Цинхуа: маленький да щупленький, и, если скрыть лицо, то он очень даже походит на девочку! // «Опять эти бестолковые деревенские за свое, очередную девку прислали! Погодите... Это что парень?!» - негодовал Владыка Зимы.