Встреча Эммы и Реджины на вечеринке в доме Ноланов приводит к неожиданному исходу. В ванной становится жарко.

Кто-то подкинул Эмме заклинание Правды и Наглости. Однако Реджина чувствует нечто большее в ситуации, где она стала жертвой храбрых и наглых признаний в любви от Спасителя и различных домогательств. Сможет ли Реджина удержать Шерифа Сторибрука в узде? А хочет ли она этого вообще?

Когда у тебя есть суперсила, не всё всегда будет супер, и иногда даже ломаются вещи. Когда Кара оказалась в очень смущающей ситуации, то выяснилось, что у неё есть только один человек, которому она могла позвонить и попросить помощи. Последствия этого оказались не такими, как она себе представляла.

Когда наступил вечер среды, Реджина написала что-то вроде списка, что ей нужно сделать, пока она не умерла, чтобы хоть как-то успокоиться. И выглядело это… 1. Выучить Генри в университете 2. Встречаться с нормальным человеком, а не с клоуном 3. Выйти замуж/жениться на этом человеке и надеяться, что он/она никогда не превратится в клоуна 4. Уничтожить менинизм 5. Пообниматься с незнакомым человеком

Эротические сны. О Лене. Эти сны были слишком отчётливые, и теперь она не могла перестать думать ни о Лене Лютор, ни об этих снах. Сначала это были обрывки, вспышки, некоторые видения, которые внезапно накрыли её с головой, да так быстро, что она едва могла дышать. А потом эти ощущения задержались. Затем они были с ней, когда она жила своей жизнью, когда она спала, и каждый раз, когда она засыпала, то обнаруживала Лену рядом с собой (казалось, что всё становится с каждым разом сильнее и острее)

Она не повторяет дважды. Она сторонник телесных наказаний и увечий. Она сам дьявол. Она вселяет ужас и страх. И почему, а главное чем, именно я приглянулась ей..?

Две первокурсницы-лесбиянки влюбились в выпускницу, с которой вместе ходили на курсы при университете.

Жадно хватая ртом воздух, Энид никак не могла нормально вдохнуть и прийти от настигшей ее атаки в себя, но, что куда более удивительно, не могла найти в себе сил оттолкнуть не на шутку заведенную Аддамс прочь. Одна девичья рука проворно соскользнула с талии блондинки к низу ее живота, и, ощутив там характерный межбедренный жар и напряжение, Уэнсдей уткнулась губами ей в ухо и прошептала: – А теперь, Синклер, ты закроешь свой рот и посмотришь, чтó я на самом деле могу с тобой сделать. Ты готова?

Два года в психиатрической больнице мой врач делала со мной всё, что хотела. А наигравшись, выписала. Но свобода оказалась страшнее запертой палаты. И мой единственный шанс на спасение — вернуться к своему палачу.

Я не могу смирится с тем, что могла все изменить, но упустила шанс.

Жизнь в вечных мучениях - это не название фильма. Это мой приговор.

Что может быть хуже, чем обслуживать недовольного и придирчивого клиента? Только если твои услуги эротического характера, а твой клиент - твой преподаватель.

Она похитила меня, она лишила меня семьи, друзей и моей прежней жизни. Она часто говорит, что я сама виновата в смерти моих родителей, но я продолжаю убеждать себя, что она не права. И с каждым днем это становится делать все сложнее...

- Асадова, - вздохнула женщина и вдруг поцеловала меня в живот, от этого её действия всё внутри меня похолодело, и я стала вырываться. Вот только это не помогло, засмеявшись, Громова дёрнула меня на себя, и я упала ей на колени. Тут же пытаюсь вскочить, но женщина крепко меня обняла и выдохнула мне в ухо. – В машине ты была куда откровенней.

Свет спасения оказался лунным, ведь таким же обманчивым и холодным.