Кирпичные стены стали твоей клеткой, рядом нет никого, кто помог бы тебе и вытащил тебя из это адского места. В твоей жизни было много ужасного, но нет ничего ужаснее чем быть рабом того, кто является твоим врагом.

Мы, фонарь и пыльный сарай.

Илья наклоняется за новым поцелуем, против которого Денис не идёт. Как податливый кот, открывает свой рот и позволяет старшему всё в нём изучать. Почему-то его сейчас не волновало, что их могут заметить. Лишь когда он ощущает холодные пальцы, которые пытались залезть под толстовку, он отрывается от поцелуя, вытягивая руки вперёд, придерживая парня на расстоянии. — Мне гадалка сказала ни-ни на пьяную голову, — шепчет Денис, прикрывая глаза. — Чего, блять? — переспрашивает Илья, хмурясь.

Люцифер останавливается в нескольких метрах, стараясь моргать чаще, чтобы прогнать эту глупую галлюцинацию. Однако, Аластор по-прежнему сидит на полу в углу возле входной двери. Что за внезапный визит?

— Веришь ли ты в призраков, Люциус? Нежное касание. Поцелуй? В губы. Невинный, девственный, приятный. Очень знакомый. Состояние возвращается в норму. Пульс успокаивается. Мерзкие силуэты пропадают. И лишь ослепительная улыбка и слякоть на губах подсказывает: счастье сквозь слёзы?

В истории поставлена точка — Лололошка одолел злодея и ушел, как ему и было положено, но Люциус, только-только осознавший свои чувства, мириться не намерен.