Александрийская библиотека предназначена не для всех ведьм и волшебников. Многие книжные черви пробовали проникнуть туда, но лишь исключительным особам дозволено пройти сквозь ее двери. Старинные книги, покоящиеся на ее полках, обладают невероятной силой. И если вдруг Вы случайно совершите ошибку, то встретитесь лицом к лицу с последствиями, которые могут быть... весьма необычайными.

— Соизволит ли староста школы украсить трибуны своим присутствием во время матча по квиддичу? — Малфой говорил отстранённо и сильно растягивал слова, но мелодичный тембр его голоса отзывался мурашками по её позвоночнику. — Как я уже неоднократно объясняла, я не переношу квиддич. Какой смысл в том, чтобы сидеть и мокнуть под дождём, наблюдая, как ученики на мётлах мелькают туда-сюда.

Гермиона Грейнджер считала терапию чем-то очень полезным для других людей, но совершенно бесполезным для себя. Однако, когда ее планы тайно поработать в отпуск идут под откос, она решается на отчаянный шаг — прибегнуть к помощи иммерсивного магического терапевта. Таким образом, она сможет наконец высказать своему основному инвестору, Драко Малфою, что именно она думает о нем и его злодейских интригах, без какого-либо риска для финансирования ее исследований. Это идеальный план.

От автора Аукциона. Он встал, застегнул мантию и прислонился к столу. — Блейз сказал мне, что ты ищешь нечто особенное. Она моргнула, размышляя о том, сможет ли дотянуться до портключа и переместиться в Мунго, прежде чем он остановит её. — И я просто хотел заглянуть к тебе, — перебил он, наклонив голову, — и сказать, что польщён. Но не возьму тебя. — Эмм… что? — Не думаю, что мы хорошо подойдём друг другу, — сказал он так просто, будто собеседовал её на должность секретаря.

Один опытный аврор vs один великолепный мерзавец. Фастберн, экшн и подпольный дуэльный клуб. Будет жарко.

— Как же ты меня бесишь. Разве мысль покинуть Азкабан не пробуждает твоих внутренних «ангелов»? Ты скорее останешься там навсегда, в угоду своим «демонам», чем позволишь себе выбраться? — Твоя ошибка в том, что ты предполагаешь, будто у меня вообще есть «ангелы».

Скорпиус и Лили объявляют о помолвке в самое неподходящее для Гермионы и Драко время.

Гарри Поттер мертв. После окончания войны, чтобы укрепить свою власть, Волдеморт прибегает к программе повышения рождаемости и возрождения магического населения. У Гермионы Грейнджер есть тайна, скрытая и защищённая ее разумом, которая ставит под угрозу существование нового режима. Поэтому ее, как пленницу, отправляют к Верховному Правителю, чтобы взять под контроль и использовать в качестве суррогатной матери. Пока ее разум наконец не будет сломлен.

Драко находит идиотский способ привлечь внимание Грейнджер.

Драко и Гермиона должны скрепить их брачную связь. Драко, возможно, упустил одну не очень маленькую деталь.

— Там холодно, — уточнила профессор. Да… В Дурмстранге холодно даже в конце августа…

— Мы немного разминулись, Грейнджер. Самую малость... Вскоре после выпуска из Хогвартса Гермиона обнаруживает у себя симптомы странной, практически не поддающейся лечению волшебной болезни ханахаки, при которой внутри человека прорастают цветы и избавиться от которой можно только при условии, что человек, в которого безответно влюблен больной, ответит ему взаимностью. Гермиона не планировала просить о помощи у Малфоя. И не факт, что он смог бы ей помочь, даже если бы захотел.

Гермиона не хотела детей. Она даже разрушила отношения с Роном из-за нежелания становиться женой и матерью в ее-то годы. У нее же вся жизнь впереди. Все успеется... Ага, как же! Итак, ей 24, она молодая, независимая и очень самостоятельная — ей это нравится... Ну и немного беременная... — вот это ей совсем не нравится!

От всех омег пахнет слишком приторно, так, что виски неминуемо сдавливает от головной боли, а обонятельные рецепторы хочется соскрести вместе со слизистой. Но от Грейнджер исходит легкий аромат чернил, зелёного чая и уюта, и Драко Малфой не может найти причин, чтобы противостоять этому.

Пока ты смотришь в будущее, будущее смотрит на тебя. Проблема лишь в том, что оно смотрит глазами, которые как две капли воды похожи на глаза твоего врага — идеально серого цвета.

Соглашаясь побыть натурщиком на занятиях факультета изобразительных искусств, Драко не мог предположить, что вскоре окажется по уши влюбленным в одну из студенток…

Горько и сладко. Больно и приятно. Она опять на грани, и ее сердце опять разрывается. [соулмейт!AU, в котором родственные души до встречи друг с другом не ощущают всех красок жизни, а отрицая связь, видят мир лишь в серых тонах]

Гермиона втянула ртом воздух и открыла крышку унитаза, кашляя. Розовые лепестки усеяли белый ободок, и, если бы не приступ боли в грудной клетке, она наверняка бы в очередной раз поразилась. Нежно-розовый цвет, серьёзно? Он в последнюю очередь ассоциировался у неё с ним. Ей казалось, что она должна откашливать что-то вроде генлисеи — это бы идеально ему подошло. Никакой нежности.

Итальянская мудрость гласит: когда игра закончена, и король, и пешка летят в одну коробку. Неро Неве и Химена Тереза Аспен разыграют свою партию стремительно – в семь коротких дней, каждый из которых готовит для них много тайн, интриг, угроз и… Любви?