Из-за этих глаз не сразу Аз-Алаг заметил на краю неказистый потрёпанный горшок. Цветок в нём скорее был мёртв, чем жив: кривой иссушенный стебель, чахлые листья, несмотря на влажную землю. Аз-Алаг скосил взгляд на бесёнка — тот тоже увидел растение и краем рта усмехался, всем своим видом презренно говоря «эльф, что с него взять, не может без цветочков, к убогим тем более жалостлив».

— Коммодор! — Брэмо вытянулся, щёлкнул пятками, случайно ударился локтем в узком дверном проходе капсулы. Коммодор Маркеллино Бадольо удостоил его трёх выстрелов взглядом: в лицо, на повреждённую руку и куда-то ещё — таким коротким было движение вниз, что Брэмо не уловил направление.

— Всё стабильно, никаких препятствий, — Мин коснулся скрытых застёжек, и Ия поджал живот. — Движемся по курсу… вот здесь небольшой поворот, — ткань разъехалась, разделяя форму на верх и низ. — Как считаете, кэп, маршрут оптимален?

— Хорошо, моё солнце, — мягкий, сияющий голубым взгляд заставил поддаться, и Аррен сгрёб красные волосы в кулак и потянул к себе. Поцеловал своего альфу голодно, толкнулся языком, всем телом чувствуя вибрирующий стон — они оба разгорались слишком быстро. Он лизнул приоткрытые губы и отстранился. — Жди. И я тебя побалую, хвостатый.

Песчаные бури стягивали вечер за пределами дворца, но в покоях их хозяина воздух полнился сладостью фруктов, очарованием благовоний и тем самым мягким влекущим предтечным ароматом. Махир-бахт с сочувствием косился на собрата. Свой пост они не покидали, каково терпеть Низар-авесу жар их хозяина? А ещё Махир утром стал свидетелем непристойного секрета.

Закрытые глаза, расслабленное лицо и вскинутая рука с длинной трубкой. Тень, обхватившая обманчиво-беззащитное горло. Рукав красного ханьфу, ниспадающий на траву, хвост, прижатый к бедру. Почему всех, кроме Вана, это не убедило: съёмка перестала быть игрой?

Медали, ленты, кубки, победные костюмы — всё это не про него. Он там улыбается. Это не он, это кто-то другой танцевал самбу, румбу и бачату. Кто-то другой блистал, кто-то другой выигрывал соревнования и отжигал. Кто-то другой хотел жениться, кто-то другой хотел жить.