Одной-единственной спички достаточно, чтобы устроить пожар. Одного-единственного желания хватит, чтобы уничтожить или возвеличить мир. А одна-единственная капля крови способна пробудить жажду и страсть. || вампирское au, в котором охотники и вампиры сосуществуют вместе, опасно балансируя на грани войны и мира, а появление Годжо Сатору может спутать обеим сторонам все карты и отвести внимание от истинного зла, затаившегося во тьме.

Годжо не хочет вставать с постели.

Краткая история о том, как Гето Сугуру слегка облажался. – Ты правда любишь меня? – Я… – начинает Сугуру, но поджимает губы и тяжело вздыхает, замолкнув на полуслове. Только спустя пару секунд, очевидно, ушедших на принятие поражения, он добавляет: – Да, к сожалению. – Я делаю тебе минет, – с откровенной угрозой напоминает Сатору.

— Просто скажи, если тебе плохо. И если думаешь, что сходишь с ума – тоже скажи, — Гето говорит в стену, заставляя Сатору напрячься всем телом. — Знаешь, я ведь тоже смотрю только на тебя.

— Ага, это же Годжо-сенсей. Он жить не может без внимания. Хочешь сказать, он не хочет, чтобы кто-то влюбленно ходил кругами вокруг него? — Это… хороший аргумент. — Как думаете, в кого он влюблен? — спрашивает Итадори, подпрыгивая и чуть ли не сияя энтузиазмом. Нобара ухмыляется: — А давайте-ка мы это выясним.

Сатору, похоже, сильно приложился головой при падении, потому что он как-то упускает момент, когда переводит взгляд от расчерченного огненными цветами неба на лицо Гето. Он видит блестящие зрачки, в которых отражаются сотни, тысячи красочных всполохов ночного неба. В черных волосах снежинки выглядят совсем как звезды, и Годжо даже хочет неловко пошутить про то, что Сугуру весь из себя такой таинственный как ночное небо, но вдруг понимает, что не может выговорить ни слова.

Хрупкие виньетки для сильнейшего дуэта. 木漏れ日 (komorebi): солнечный свет проникает сквозь листья дерева.

Сугуру беспокоят только несколько проблем - предвзятое отношение Утахиме к родителям школьников, движение магнитных полей относительно его планов на ужин и вездесущий Сатору Годжо.

— Что бы ни блокировало твою проклятую энергию, оно также не дает тебе произносить определенные вещи, а именно врать, — уточняет Сёко. Когда Сугуру моргает, она добавляет. — Проще говоря, твое тело заставляет тебя говорить только правду, — она пожимает плечами. — Если ты попытаешься сопротивляться, что ж. Ты знаешь, что произойдет. Сугуру продолжает пялиться на нее. — Так это правда? — медленно произносит он. — Я влюблен в Сатору?