АУ, в котором Босс выбирает «девушку на час», а Пимп слишком вписывается в их ряды. «— Как это, блять, нельзя?!»

Вселенная, где безответная любовь может стать причиной смерти, а у несчастно влюблённого на теле вырастают цветы.

Пимпу захотелось сойти с планеты прямо в эту секунду, только чтоб не видеть этого серьёзного, пронизывающего взгляда. Но Босс смотрит, ждёт, а что делать Пимпу? И он буквально отключается. Стонет так, как будто от этого зависит его жизнь. Отдается процессу. Забывает, что он - достаточно взрослый парень, а не проститутка в нескромном борделе. Стонет так, что у Босса по коже идут мурашки, что он, Босс, вздрагивает, когда видит, что по щекам Пимпа, словно ливнем, катятся слёзы.

Со Стасом охуенно целоваться под текилу, но явно не под бассы какой-то хайповой хуйни из колонок. Конченкова нужно пробовать, он как чертово вино, что пьют всякие малолетние пезды: надо трогать, чувствовать, быть одним целым, настраиваться на одну волну, а потом ждать, когда же Стас отдаст в голову своей терпкостью.

Игорь заходил утром в круглосуточный, чтобы купить зажигалку и курево. В четыре утра продавщица лениво пробивала парламент, зажигалку и ещё одну пачку тонких ментоловых сигарет, лежащих сейчас во внутреннем кармане. Стрелки часов сонно тикали, кассовый аппарат жалко гудел под суровый взгляд серых глаз Лаврова. Если бы не провонявшая дешевыми сигаретами пепельница около монетницы, продавщица бы наверняка учуяла запах пороха и едва различимый аромат металла от грубых ладоней мужчины.