-твое предложение ещё в силе?-Ровно говорит Лошка,словно это не его сейчас целовали с минуту. -Спрашиваешь ещё,-Джон улыбается.

-С восьмым марта, красотка!

— Conseco. — Говорит Лололошка и в глазах резко потемнело. За эту секунду он успел подумать обо всём, но больше всего о нём. JDH. В особенности о своём новом прозвище: "симпампусик"

Там редко кто ходил осенью, поэтому можно было нормально покопаться в себе. Некое хобби. Просто уходить в себя и непрерывно задавать себе вопросы, находить ответы и аргументировать, почему именно так, а не как-то по другому. А потом возвращаться под утро в серую квартиру, успешно игнорировать обеспокоенного голубоглазого парня и утыкаться носом в подушку.

Их взгляды вновь встречаются, смущённые улыбки не сходят с лиц. Ни к чему подсказки, ведь только по глазам, смотрящим в самую душу, можно всё понять, по губам прочитать это робкое, но такое нежное.. « Я люблю тебя. »

— Что с тобой такое? — Я заразился новогодним настроением! — Всем, чем ты заразился, так это дебилизмом.

Маг-новичок — Лололошка, призывает демона, путаясь в заклинании и заикаясь, а демон вызванный им по случайности — JDH, стоя за его плечом, устало подсказывает слова призыва, потешаясь над ним.

Торд неспешно прогуливался до ближайшего магазина. В запасе было около часа, так что парень решил потратить это время на покупку продуктов для ночевки с Эддом и Мэттом. Мимо проносится малышня, чуть не сбивая его с ног, из-за чего Торд раздраженно вздыхает. Увы, парню, который шел ему навстречу, так не повезло, и он падает на тротуар, разбросав все свои книги по земле. Решив быть "хорошим мальчиком", Торд намеревается помочь ему. Кто же знал, что одним этим действием он спасет жизнь этому парню?

нᴇужᴇᴧи ᴩиᴄунᴋи дᴀᴧьᴛониᴋᴀ ᴛᴀᴋ ᴛᴇбя ᴨᴩиʙᴧᴇᴋᴀюᴛ?

- Не спеши. – задержал его Синий. – Хочу сказать, у нас есть регламент которому мы подчиняемся. – его пальцы крепко сжались на плече. – На «ты» разговаривай с остальными и теми, кто тебе позволил. Со мной на «вы». – монотонно говорил с чётко выраженным раздражением. Это напрягало. – Я тебе не приятель и не друг, а твой начальник. Синий Лидер, никак иначе. Допускаю босс или шеф. Уяснил? - Да. – шикнул Торд. Но голый ответ не устроил и плечо сжали сильнее, выдавив из него.– Да, Шеф.

–Городской парень по имени Торд приежает к своей бабули в деревню. Но что же будет потом когда Торд окажется там? Это нужно узнать, если прочитать

Томас, как только проснулся, заметил, что около его лежат лепестки мака. Странно осознавать что ты можешь проснуться, и думать псих ли ты, или нет, пытаться вспомнить что читал перед сном. Фэнтези? Или что то наподобие Гарри Поттера? Да фиг знает. Главное что ты можешь умереть через месяц, если не признаешься в любви одному человеку, который видеть тебя не хочет, а иначе говоря: твой враг.

Они ненавидят друг друга, унижают, огрызаются, страдают. Том никогда не видел в Торде что-то большее, но почему ему так больно когда он рядом? Что за странное чувство разрывающее ему лёгкие? И что, чёрт побери, за цветы?

Парень-норвежец , 17 лет, только закончил школу и подал заявку в престижный институт, но перед этим перебрался в новый дом, основанный еще в начале сороковых, а иначе говоря когда военные действия только начали набирать свои обороты. Внимание, все действия происходят в начале двухтысячных

Каждый новый день - пытка. Тупые цветы. Тупой Ларссон. Как я вообще мог в него влюбиться?

Из-за того что ты меня не замечаешь, я умираю, идиотина.

Томас Риджуэлл, пофигистичный к миру алкоголик, а ещё личная сучка трёх друзей.

Томас Риджуелл выбрал себе не самое простое будущее — он решил стать фотографом. Для этого ему нужно пройти специальные курсы, которые будут также связаны и со студентами местного университета, да и он сам является студентом. Но по велению судьбы он встречает человека, с которым не особо сильно получается наладить отношения.

- Ему лучше не знать о том, что было прошлой ночью. Хотя мне даже понравилось.. - говорил Торд, облизнув губы, с ярым наслаждением вспоминая события. Том совершенно случайно это услышал. Но эти слова его крайне заинтересовали..

Если бы он мог взглянуть ему в глаза, как прежде — преданно и доверительно: «Моё Я для тебя. Весь я в твоих руках». Но теперь — никак. <…> Он покорно опустил голову, развернулся, почти не сходя с места, и зашагал к выходу. Дотерпит ли он до техосмотра? Дотерпит ли он до вечера? А нужен ли ему техосмотр?..