Хван Хёнджин, взмахом руки подняв портфель, накрыл весь стол долларовыми купюрами. Медленно наклонился к микрофону и усмехнулся: — Я ставлю на Феликса всё.

— Сколько у тебя было любовников после меня? Мм? Перед кем ещё ты раздвигал ноги? — Минхо всем своим весом придавил тело младшего, схватив его за скулы. — Боюсь, ты заплачешь, если узнаешь цифру, — ухмыльнулся брюнет, специально выводя парня из себя. — Какая же ты сука, Хан Джисон.

Джисон попал, а точнее крупно влип, когда допустил ошибку. Ошибку, когда влюбился в своего соседа по комнате. — Минхо, твоя нога упирается мне в задницу, — пыхтит младший в полусне, слыша тихое мычание старшего за своей спиной, который продолжал обнимать его. — Это вовсе не нога, Джисон.

— Ли Минхо, потрудись объяснить мне вот что. Это ты расклеил по всему колледжу листовки о том, что у меня самая лучшая задница, и пустил слух среди, мать твою, студентов, что хочешь грубо разложить меня на своём рабочем столе? — Джисон проговорил это без единой запинки, хотя был готов заикаться, а ещё больше он был готов увидеть растерянный вид Минхо и услышать его жалкие оправдания, но вместо этого он произнёс то, что выбило весь воздух из лёгких Джисона: — Да, и?

Джисон профессиональный киллер. У него заказали убийство на одну важную шишку, которая очень мешает его организации спокойно работать – Ли Минхо. Он уже собирался выстрелить ему в голову, но услышал сзади хриплое, детское: – Папа? И понял, что, несмотря на пистолет в руке, вооружен далеко не он.

у них характеры взрывные. у обоих. и минхо на все сто процентов уверен, что хан ревнует. ревнует злобно, с огромной обидой, с горящими страстью глазами и безмерной любовью. ревнует так, что готов на месте придушить. или выебать. это как повезёт.

— я повторяю последний раз, сука, ещё раз… ещё раз я увижу его рядом с тобой, то буду трахать твою жадную дырку на обозрении всего университета. // или ли минхо немного ревнует.

Когда порог комнаты пересёк неизвестный парень, Минхо подумал, что так называемый сосед не сможет перевернуть его жизнь с ног на голову. Но, оказалось, сможет. — Можно я лягу на твою грудь? — прошептал Джисон. — Я же сказал тебе меня не трогать. — Спасибо, — Джисон все-таки лёг на его грудь.

— Первое правило нашего договора: все эти три месяца ты мой парень. А значит тебе нельзя ни с кем встречаться и спать на стороне. Второе правило: быть скромным. Не нужно за столом говорить, как ты любишь, когда тебе присовывают в задницу. Третье правило: не смотреть на моих братьев. И если Минхо первоначально думал, что эти правила выполнимы, то, оказавшись случайно прижатым чужим обнажённым телом среднего брата Чана, — Джисоном, — до него наконец дошло — это полный провал.