Минхо мечтает оставлять на бёдрах Джисона нежные поцелуи и яркие засосы. Возможно, Джисон не против.

Теперь он с легкостью догадался, о «долгожданных планах на вечер»Хана, и они ему несомненно нравятся. Ведь Минхо был очень хорош в готовке, что особенно касается выпечки, и конечно он рад такому развлечению на вечер, но вдвойне приятнее, от того, что он будет проводить его с Джисоном. ~

— И вообще, где Минхо взял повязку на волосы с двумя нашивками? Типа, он сам её сделал? Это так странно, и бантик, и ушки. Ну, я делаю ставку на то, что сам, потому что материал совсем разный. Уши пушистые сильно, а вот бантик... — Ч-что? — переспросил Феликс. — Ты трогал уши и остался жив? — его глаза поползли на лоб. — А что такого? — не понял Хан. — Это слишком дорогой аксессуар? Ну, я его не испортил, просто потрогал и... — Это не аксессуар, Джисон, это настоящие уши, которыми он слышит.

Хан Джисон в свои девятнадцать примерный гражданин страны, который любит дрочить на камеру с большим количеством зрителей.

Мать Джисона собирается выходить замуж во второй раз. Парень уже знаком с её женихом, однако встретиться со своим будущим сводным братом– Ли Минхо, который малость отличается от его ванильных фантазий, ему только предстоит.

— Что? Какой ещё сводный брат? - возмущённо сказал Минхо. — Вы обязательно подружитесь.. - она начала рассказывать свой монолог, в ответ которому Минхо ушёл в свою комнату.

Джисону кажется, что смущение превзойдёт верх, и он, наконец, сможет оторваться от Минхо, но целовать его кажется самым любимым занятием. А Минхо ведь просто хотел помочь парню не замёрзнуть ночью, к сожалению (больше к счастью), они неожиданно застряли в лифте.

— Три поцелуя. Я даю тебе три поцелуя. Если за это время я влюблюсь в тебя, то считай ты выиграл, твоё желание сбудется, и мы начнём встречаться. Но если же нет, ты отстанешь от меня со своими тупыми подкатами. Идёт? — Идёт. Я могу целовать тебя как захочу, где захочу, и сколько захочу? — Да.

Можно стереть любовь из памяти. Выкинуть из сердца — это уже другая история.

- Он зовёт меня папочкой. © Ли Минхо

— Отличная идея! — саркастично кивает Минхо. — Где именно вы трахались? На кровати, в ванной, может быть, на диване в гостиной? Или... — Можешь разложить меня на этом столе, — перебивает Джисон его и кивает в сторону кухонного стола. — Не ошибёшься.

Что может быть хуже, чем играть в одной команде по волейболу с человеком, который тебя на дух не переносит? Джисон с лёгкостью ответит на этот вопрос, ведь хуже могут быть только чувства к нему.

Пока жизнь Чанликсов идёт полным ходом, мир Минсонов состоит из странностей. - Давай начистоту? - Давай. У меня фетиш на твою шею.

Когда одна надоедливая белка портит тебе жизнь - это можно пережить. Но когда ты хочешь эту гребанную белку... а Минхо хотел Джисона беспощадно и очень долго....

Они достаточно давно знакомы и вечно не ладили, часто дрались. Но что может случиться после очередной попойки, когда враги случайно будут вынуждены остаться в одном помещении.

— Боже, если ты есть, прошу. Пусть ко мне не подселят какого-нибудь идиота, — Ли соединил ладони в молящем жесте, возведя глаза к потолку. Темноволосый парень, стоящий в очереди на распределение в комнаты общежития, громко чихнул.

—« Его жёнушке повезло. »— пронеслось у Хана в голове. —« Это... »— Хан подошёл ближе, чтобы присмотреться. —« Это... это же Я МАТЬ ТВОЮ! »

От этого становится очень страшно, потому что Минхо может не сдержаться, и тогда младший узнает... Узнает, за что его так ненавидят.

Джисон возвращается в свой родной город, но уже не в родительский дом, а в собственную квартиру. Первое, что он решает сделать — познакомиться с новыми соседями. Каково было его удивление, когда один из них оказывается его первой любовью, от которой Хан трусливо сбежал год назад.

Хенджин действительно тупой, раз написал на скамейке его номер и подписал рядом "секс-услуги, парень". Впрочем, Джисон большого значения этому не придал и лишь посылал тех, кто ему звонил, в далёкое эротическое. Пока однажды ему не позвонили. — Детка, я буду брать тебя и качать своей спермой раз за разом, пока ты не забудешь свое имя и не потеряешь сознание от удовольствия и наполненности, которой я тебя буду вознаграждать, — с той стороны доносились пошлые хлюпания, от которых.. встал.