Стоя напротив массивной двери из красного дерева, покрытой лаком, тускло поблёскивающим под искусственным освещением коридора, и ведущей в одну из многочисленных спален загородного особняка Богини Войны, Хиёри неловко комкала в руках тонкий поясок от белой, почти как в рёкане, стандартной юкаты, неуверенно переминалась с ноги на ногу, шурша чистенькими хлопковыми носочками-таби, утопающими в густом ворсе восточного ковра, и то и дело пугливо озиралась по сторонам — не заметил ли её кто?

Отслужившие товарищи рассказывали много интересных историй со службы. Поэтому для Вани стали неожиданностью постоянные побои от старших, так же как и проявление ласки от одного из них. Только в ночной темноте Ваня, к сожалению, не понял кто именно это был.

Внутренняя гомофобия друзей уходит на второй план, когда Минхо прикасается к Джисону, чтобы доставить удовольствие обоим.

— Ты захотел зализать раны, которые нанёс? — А как ещё?

Но первая любовь у Джиншика была самая-самая яркая. Когда он в первый раз увидел Сумина, то понял, что попал и пропал. Парень был настолько в его вкусе, что с тринадцати лет Джиншик влюбленно по нему вздыхал и ждал поездки в лагерь каждое лето больше, чем свой день рождения.