Гамма откашивается кровью, ловя глотками воздух. Дрожащая ладонь прижимается к губам, пытаясь затолкать обратно рвущееся наружу, скрыть то, что нельзя показывать. Он хрипит, скованный чужим темнеющим взглядом, пока мрак комнаты не пронзает багряный всполох – из истерзанных легких вырывается бабочка, окрашивая полог постели алым заревом. —Ваньнин, ты… Кто он? Кто, блядь, этот человек?! AU, в котором неразделенная любовь порождает болезнь: легкие поражены бабочками, медленно убивающими носителя.

Будучи покинутым и забытым своим возлюбленным, Чу Ваньнин умирает мучительной, тихой смертью в холодном дворце. И всё для того, чтобы открыть свои глаза вновь, вернувшись на три года назад. Чу Ваньнин надеется, что новая его жизнь будет отличаться от предыдущей, отойди он на второй план, словно безликий цветок. И как же жаль, что Тасянь-цзюнь ему не позволит. А/Б/О – Дворец – Перерождение АУ.

Этот достопочтенный встретил в лесу добродетельного даоса, и решил взять того в мужья.

Все просто: очередное задание, небольшая царапина на ноге Чу Ваньнина, и вот уже бессмертный, вечно холодный и упрямый заклинатель откровенно заявляет, что хочет есть, что ему, вообще-то, больно, и что в качестве еды он желает видеть только сладости. Вы понимаете, да? Это говорит не кто-нибудь, а сам Чу Ваньнин! А Мо Жань что? А ему срочно нужно проверить, насколько будет откровенен с ним муж в постели под действием такого заклятия...

Красная нить судьбы — таинственная вещь, связывающая двух людей в каждом их перерождении, сводя вместе. Феномен «родственных душ» невозможно отрицать. Но с удачей Чу Ваньнина, конечно, его вторая половинка помолвлена с кем-то другим. Не то чтобы он когда-то ожидал счастливого конца…

А-Нин сидит на коленях Мо-шизуна, пока тот работает

Мо Жань — косплеер. Ши Мэй — косплеер. Все вокруг косплееры. Один Чу Ваньнин нормальный.

Он рядом. Совсем рядом. И сердце трепещет от одного осознания, что его любят и желают. Хочется, чтобы и дальше так продолжалось.