Сукуне не нравятся эти жалкие людишки, вьющиеся вокруг Итадори.

Сукуна наконец может удовлетворено выдохнуть.

— Так, Мегуми, — начал шепотом проговаривать себе под нос Фушигуро, — тебе двадцать, ты уже давно научился трахаться, у тебя было столько испробованных поз, что иногда я удивляюсь, как твой хребет до сих пор не переломился. В этом нет ничего сложного, тебе следует лишь довериться своему телу и тому, что оно уже умеет, а дальше все пойдет, как надо, — он зажал сигарету в зубах и, поднося зажигалку, замер на половине пути ко рту. — Блять, а если он просто прогнал с меня?

То, к чему они в результате пришли, было, в какой-то степени, неожиданно, но и в равной мере — неизбежно. Если учитывать скромное мнение Мегуми Фушигуро. [продолжение первой части: разговоры, секс, эмоции, чувства и все то, что может получиться, если вы оба взрослые, адекватные люди, знающие себе цену]

— Я заселился в общагу самый последний, и эта комната — единственная, куда меня могут впихнуть, — продолжает пацан. — Я собрал миллион справок, заполнил документы и уже внес оплату за проживание здесь. Так что будь добр, уйди с прохода, чтобы я смог войти и разобрать свою сумку. Ухмылка Сукуны становится всё шире. Ладно, этот мальчик не бесхарактерное существо, не способное за себя постоять.

Если нам кто-то снится, это не потому, что им что-то надо. Это ты чего-то хочешь.