Миля за милей под колёсами, трек за треком в колонках. Каждый из них о чём-то напоминает или что-то предсказывает. Отабек давно уже не оглядывается в прошлое и не загадывает на будущее, просто живёт, колесит по дорогам и играет свою музыку. До тех пор, пока однажды его привычный кочевой образ жизни не спотыкается о необычного танцора Юру, возникшего острым шипом на пути. Такого же иммигранта, как и он сам.

Однажды на банкете напившийся до синих чертей Отабек повис на шее самого Юрия Плисецкого со словами: «Ты будешь моим тренером или нет?». Частично и внезапно реверсный ретеллинг канона ЮнЛ. Впрочем, от канона тут мало что осталось, поэтому просто возрастной бендер и тренерская АУ.

Летний отдых Юры и Отабека на даче.

То, что произошло перед показательными выступлениями, запомнится им надолго.

Эти небольшие истории — пример того, к чему приводят эксперименты — с одеждой, внешностью, друзьями. И хорошо бы, чтобы с последними совпадали вкусы. Но у Юры и Отабека в этом плане всё хорошо. И с доверием проблем нет. Это такое "порно без сюжета" с сюжетом, ибо не могу, когда без обоснуя трахаются, но и не поставить жанр пвп тоже не могу.

Все ли ты знаешь о мире, в котором живешь? Светлая питерская легенда.

Stadium Arcadium 2.0. — Знаете, ребята, вечность без вас была бы намного более скучной штукой, — вдруг невпопад сказал Юри, подняв глаза вверх и глядя в невидимый для Отабека потолок.

«Я жду тебя, я очень хочу тебя встретить. Пожалуйста, найдись», — слова складывались в голове так четко, будто он шел сюда только ради того, чтобы произнести их вот так вот, почти не размыкая губ. Кого — тебя? Родственную душу?

Плисецкий был головной болью всего отдела. Куча мелких проступков - от нарушений комендантского часа и рисования граффити на стенах домов до прогулок по заброшенным фабрикам. Разбираться с ним приходится Отабеку.

написано по мотивам заявки с однострочников: "Юра/Отабек. Хочу много юста именно Юры, который втрескался впервые в жизни. Вероятность взаимности, как он считает, исчезающе мала, да и рука не поднимается рушить такую дружбу. Юрка подростково ангстит, впадает в комплексы и дрочит-дрочит-дрочит на светлый образ".

Студент-архитектор Отабек Алтын снимает квартиру, а этажом выше живет семья с котом.

Юра ненавидел делать то, что не умел. Например общаться. Быть милым. Дружить. Но всё изменилось, когда в спорткомплексе появился Отабек.

Личное противостояние на поприще правосудия; горячая с Юриной и холодная со стороны Отабека аргументация доказательств; парирование выпадов противника - всё на словах, на дистанции в добрую десятку метров. Дела, в которых Отабек был адвокатом, были для Юры и самыми интересными, и самыми сложными. И это ему очень нравилось. au, где Юра подозревается в краже нумизматической коллекции, принадлежащей его дедушке.

Отабек обнимает ладонями Юрино лицо — как всегда нежно, — и всё вокруг затихает. (Или история, в которой Юра проклят даром читать чужие мысли, но не слышит единственного человека, чьи мысли отчаянно хочет знать).

Юру раздражают новая школа, японский язык и странный учитель музыки. Юра переживает из-за финала Гран При, Отабека и хронических болей Виктора. Юру бесят его меняющееся тело, безответственное поведение и двое тупых взрослых, которые не могут поговорить словами через рот. AU Виктор - директор школы и фигурист в прошлом, Юри приезжает в Россию преподавать музыку, Юра пытается расставить приоритеты, взять золото на ФГП и не убить их обоих.

Отабек хотел отдохнуть и привести мысли в порядок, но вместо этого кинулся спасать утопающего. Как сначала показалось, человека.

Тяжёлые врачебные будни, жестокие реалии, чёрный юмор как психологическая защита от выгорания. Вот с чем приходится сталкиваться, когда попадаешь в медицину, и это становится образом жизни. Врачебная!АУ, где Юра — молодой специалист, врач приёмного покоя многопрофильной городской клиники, а Отабек работает на "скорой".

Юра работал в котокафе, учился на первом курсе медицинского и, как будущий врач, считал, что котики и кофе — лекарство от всех бед. Но Отабек знал более интересные методы лечения.

Этот город подарил мечту и крылья, которые, даже будучи вырванными судьбой с корнем, оставили после себя желание взлететь вновь.

Им уже не двадцать лет, и кажется, что мир седеет вместе с ними.