Он достал телефон, пролистал плейлист и нажал play. Зазвучал ритм — меланхоличный, глубокий. И голос… Голос Хосока, но совсем не тот, что Юнги слышал раньше. Тихий, надломленный, полный боли. Юнги слушал, не в силах оторваться. — Ты вдохновил меня, — прошептал Хосок, когда трек закончился. — Я понял, что если ты можешь выкладывать душу в музыку, то и я попробую.

— Не бойся своих желаний. Отпусти себя. Мы всё равно будем вместе, рано или поздно. И я всё же надеюсь на первое и что ты не будешь долго от меня бегать. Я всё равно догоню.

Чонгук всегда был уверен, что экран — это всего лишь граница между вымыслом и реальностью. Но новая роль в неожиданном проекте переворачивает его мир с ног на голову. Там, где чувства должны были оставаться в кадре, зарождается нечто большее, заставляющее его усомниться в собственных принципах. А что, если настоящая драма только начинается за пределами съёмочной площадки?

Недавно открывшийся ночной клуб "Black paradise" сиял в темноте, словно маяк порока и удовольствия. Это был портал в другой мир, место, где можно было отбросить рамки реальности и погрузиться в пьянящий вихрь музыки и танцев. Кто знал, что он станет знаковым местом для совершенно разных людей, связанных друг с другом определенными узами?

Перед глазами снова и снова всплывают сцены сегодняшнего дня. Слишком уверенный голос Чонгука. Слишком пристальный взгляд. Слишком лёгкое касание руки. Тэхён раздражённо вздыхает и накрывает лицо подушкой. Может, он просто устал. А может… Нет. Лучше об этом не думать.

Драконы? Какие драконы!? Они исчезли пятьсот лет назад. Разве нет? Но некоторые охотники всё равно упорно их ищут. И есть даже тот, кто хранит эту тайну.🤫Чонгук, например. И не просто хранит, он даже знаком с одним драконом... Но вы, читатель, сможете узнать о дальнейших событиях, только когда прочитаете этот фанфик ☺️

Калифорнийское солнце, кофе на вынос и друг брата, который стал всем. Голливуд нервно курит в стороне.

— Я сделаю это через год, если попросишь снова, но я не буду держать тебя, не стану заставлять ждать. Год, Тэ. Если мы всё ещё будем нужны друг другу, если ты не передумаешь насчёт наших неправильных отношений, если до конца поймёшь, что чувствуешь в первую очередь к себе.

Пари на «влюбить в себя главного задрота за две недели», что может быть хуже? Влюбиться самому.

Молодые альфы соревнуются в испытаниях на прочность, чтобы завоевать сердце омеги, но для Тэхёна эти игры — бремя.

Он до сих пор не ощущает себя свободным. Будто вырвался из клетки, а кандалы всё ещё на шее и запястьях, и цепи волочатся следом. И он всё ещё оглядывается на покинутую клетку, не понимая до конца: была ли это его тюрьма? Или отношения — это всегда так? Он знает лишь одно: вернуться в эту клетку было бы слишком невыносимо. Настолько, что лучше уж бежать дальше, гремя своими цепями. Способ снять их должен отыскаться рано или поздно. Просто он его пока не нашёл.

После переезда Чимин надеется забыть старые обиды. Но в новой школе он снова сталкивается с теми, кто когда-то его травил. Только теперь всё не так просто: чувства, дружба и боль переплетаются, меняя всех.

Кто же знал, что Тэхен найдет свою любовь за мусорным баком.

«А что, если?» — крутится в напрочь отмороженных серьёзным минусом мозгах. Нет, ну правда, а что если всё не так уж и страшно? И раз он смог проехать весь каток и не убиться, возможно, стоит попробовать оторвать бедные пальцы от страховочного бортика и отправиться в свободное катание? Глядя на милого пушистого мишку, что снова кружится в чудесной шапке с ушками, кажется, что в этом нет совсем ничего сложного. Берёшь и катишься.

Когда на тебя возложена миссия, когда на тебя смотрит твой народ, когда от тебя зависит будущее королевства, все о чем ты думаешь — ОН. И единственной твоей миссией станет его безопасность, единственным желанием — спасти и защитить. И если впереди будет маячить смерть, ты встанешь у нее на пути и впереди него, тихо прошепча, чтобы ветер донес твои слова до него — Я тебя отвоюю... Беспощадно рубящий головы своим врагам и нежный только с ним одним.

Руки... хм... попутчика Чонгука не дали ему развить эту мысль дальше, крепко вцепившись в металлический поручень в опасной близости от его талии по обе стороны под звук закрывшихся, наконец, створок лифта; из этого капкана сбежать будет сложно, но к ужасу Чонгука, часть его не очень-то и хотела. — Кажется, мы не договорили, — вкрадчиво нарушил затянувшуюся тишину Тэхён, размазывая дыхание по губам парня. — Что я там такое слышал про то, что ты по мне сохнешь?

— Сука! — качает головой, утирая слёзы веселья, — Какая же ты всё-таки сука, Ким Тэхён.

Он сидит за рулём, слушает панк-рок и читает досье на подопечного, пуская дым в окно: «Ну охуительно…». По его лицу видно, что последний раз он улыбался где-то в XIII веке. Он знает, что сделает всё, чтобы пацану не снесли голову, — но будет ныть об этом до конца времён. Ангел? Возможно. Но настроение — как у бармена, которому бросили мелочь за двойной бурбон.

Он — дерзкий богатый солист, привыкший к вниманию и свободе. Он — бедный сирота, скрывающий душу за клавишами фортепиано. Их встреча — это столкновение огня и льда, шума и тишины. Но у музыки свои правила. А у любви — ещё меньше логики.

Ким Тэхен — омега, с нерегулярными течками, без запаха и переживший травматический опыт. Чон Чонгук — альфа, у которого проблемы в постели, а в следствии и проблемы с доверием к омегам. Смогут ли эти двое открыться достаточно, чтобы помочь друг другу и разрешить себе любить?