– Ты как искушение. Искушение, которое, слишком велико, чтобы проигнорировать. Искушение, что хочется взять здесь и сейчас. Но теперь всё иначе. Ты очень ослаба и носишь наше дитя. Он питается тобой. А ты хочешь, чтобы питался и я, потеряв контроль, как в тот самый раз? Но тогда подумай, что останется от тебя самой? Милая моя, не провоцируй меня, прошу тебя.

Что случится, если Люциферу надоест чрезмерное внимание Голода к Вики? Сначала заточение в комнате, потом сны. Всаднику придется познакомиться с дьявольской ревностью. Только, всё пойдет не по плану. Лучше так: Глаза Люцифера потемнели от возбуждения и перед тем как начать, демон приказал: -Руки от крыльев убери. Вырвешь.

Странные отношения с Мальбонте, природа которых — магическая связь. Из-за нее их друг к другу тянет, как мартовских котов. Загадочный Голод, который вызывает определенный интерес и по каким-то причинам испытывает его к самой Вики. И обиженный Люцифер, которому не дали.

Всадники появляются строго друг за другом, каждый с открытием очередной печати — первых четырёх из семи печатей книги Откровения. Когда снимается очередная печать в мир приходит Голод. И лишь на одну девушку не действует его сила. Он обретает шанс познать существование в полной мере. Пока все предвкушают конец света, Голод забирает в заточение особенную для него Вики Уокер. В попытках познать дни без одиночества, всадник наделяет её своей несокрушимой силой.

Вики обнаруживает в себе абсолютно новую для Небес силу и вступает в борьбу за власть и любовь, сквозь слезы и страсть, измену и вырванное сердце. Что она выберет: чистое небо взамен на жизнь с Мальбонте, или любовь, взамен на мир с Голодом?

В его мире пусто и холодно. Попросту — скучно. В его мире нет ничего, что могло бы привлечь внимание. До появления одного необычного, но заинтересовавшего его изъяна, способного его убить.

Вики считают сосудом. Бессмертные убеждены, что бесполезна из-за неимения собственного дара, да и она сама была того же мнения, пока не поняла, что обладает древним даром и способна на многое. Голод впервые за своё существование встретил смертную, которая не поддавалась его дару, что считался дня него проклятьем. Насколько древняя история их связывает? Готова ли Вики столкнуться с демонами прошлого и принять свою истинную сущность? P.S. я поменяла название фанфика с «Питаясь Голодом».

Ну грех было не написать фф с участием Голода. Вот и решила пофантазировать, как Всадник намерен выяснять причину иммунитета Викули. Как обычно в первой главе завязка, а там как пойдёт)

– Я хотела… – теперь уже Вики прервали. Железный вкус крови на ее губах вызвал у обоих улыбку. Голод отстранился. Его взгляд исподлобья, полный то ли насмешливой издёвки, то ли сильного возбуждения, сносил девушке крышу. Он был очень красив сейчас, когда так горел желанием.

Голод хочет провести со мной время. Я парю в невесомости, в его персонально созданном мире, напряженная от страха и неизвестности. Здесь нет ничего. Пустошь тьмы, я и он. — Даже жаль, что ты этого не вспомнишь. — я вопросительно уставилась на него. — Говоришь так, будто прощаешься. — Всадник коснулся губами щеки, по которой только что прокатилась слеза.

— Забирай! — я расстёгивала пуговицы на своём платье, игнорируя дрожащие руки, что не хотели слушаться. — Забирай же! — я дрожала, всё моё тело дрожало от злости к нему. — Забирай! Тебе же это нужно! Голод молчал. Он не смотрел на оголённые грудь и плечи. Его взгляд был направлен лишь в мои глаза. Он подошёл медленно, продолжая смотреть лишь на лицо, а его руки аккуратно, не прикасаясь к коже, застёгивали обратно каждую пуговичку на платье. — Заберу, когда придёт время, Вики.

И лишь горевшие на коже укусы и сердцебиение говорили о том, что это всё было правдой... что это всё было реальностью.

Метис — невероятно сильный, могущественный, не имеющий слабостей. Идеальный убийца. Угроза не только ангелам и демонам, но и человечеству... Он понял, что сам попался в ловушку Шепфы. Смеялся, как безумец от осознания своего провала. Шепфа создал его личную ахиллесову пяту. Разрушив при этом жизни двух бессмертных... И один из них был готов разрушать и разрушаться. Ангелы? Демоны? Или даже всадники... Никто не имеет больше никакого значения. Всё, что он желал — это её...

Красный рубин касается нежной кожи дьяволицы. Я защёлкиваю замок и, наклонившись, целую её в шею. Она довольно хмыкает и поворачивается ко мне лицом. Волны сильных штормов в глубине синих глазах меня очаровали.Такие бездонные океаны, такое нежное лицо. Пухлые губы приоткрыты, грудь вздымается вверх, а сердце вырывается из грудной клетки. Она делает шаг и обнимает меня, её голова ложится мне на грудь. Я улыбаюсь и зарываюсь в её волосы пальцами. Она моя тьма, моя душа, моя любовь.

Он был единственным сыном Шепфы, которого отправили в глубину вселенной, в Мир мертвых. Это тюрьма в которую отравляют тех бессмертных, которые совершили самые страшные и кровожадные поступки. И вот он вернулся, "Монстр" как кличет народ. У него на уме была только одна мысль - отомстить, но перед ним появляется девушка, готовая ему помешать...

Она медленно сходила с ума... Я знал что этим все кончится, но не сегодня! Я обязан спасти её Спасти от себя

- Л-Люцифер отпусти меня. - дергая руками, пытаясь освободиться от веревок, кричала я. - О нет моя милая Вики, ты сбежала от меня, теперь ты здесь навечно. - Прорычал демон, укусив за мочку уха. - Я убью твоего возлюбленного, твоих друзей, всех если мне не понравится твое поведение. - Шептал он, - Родишь мне наследника, и может быть я когда-нибудь смогу тебя простить, а сейчас время боли и страданий.

Металлические оковы стягиваются на запястьях, зарываясь шипами в кожу и пуская алую кровь. Тот, кого она ненавидела всем сердцем, теперь связан с ней узами брака.

— Когда-то ты сказал, что будешь ласков и добр со мной первое время. Теперь оно подошло к концу? Ничто внешне не выдаёт напряжения Мальбонте. Только испытывающий взгляд исподлобья прожигает насквозь. — Верно. Почему одно единственное слово бьёт, как кинжал в сердце? Почему потрошит внутренности? Это неправда! Я чувствую. . #СН2

Для него не существовало ни цепей, ни стен, ни запретов. Он двигался по жизни с неумолимой решительностью, прокладывая собственный путь, как корабль, неподвластный шторму. В их заточении в бесплодные земли, где каждый день был как прогулка по лезвию ножа, Вики верила в Мальбонте, верила в его силу и ум. Она знала, что он найдет выход, что он обязательно что-нибудь придумает. Но что, если в этот раз для Мальбонте будут не подвластны двери?