У Юнги идеальная работа и идеальный супруг, и, возможно, если бы второе не мешало первому, то и жизнь тоже была бы идеальной. А так приходится наслаждаться компанией назойливого журналиста на каждом месте преступления, а потом его же обществом дома, куда они возвращаются уже в качестве супругов.

У Чон Сокджина ровно четыре недели, чтобы помешать помолвке младшего брата, обречённого на брак без любви. Вариант один – найти более выгодную партию с точки зрения семьи Чон, но для себя. Это невозможно, но это его единственный выход. Мин Юнги не хочет, никогда не захочет и никогда даже не станет думать о браке. Он достаточно упрям, чтобы отказываться даже говорить о помолвке. Однако, возможно, его бабушка немного упрямее, и она решительно настроена увидеть, как он пойдёт к алтарю.

Джин понятия не имеет, как признаться брату в том, что влюбился по уши в его лучшего друга, и сохнет по нему уже два года, потому что ровно в тот же день, посиделки в их доме прекратятся, в этом можно не сомневаться.

— Ты так хорошо пахнешь, альфа. Когда запах Сокджина резко усиливается, в голове Юнги начинают звучать тревожные сигналы. Он уже знает, к чему это приведет. В любой другой день он бы потакал омеге и баловал его. Но не сегодня. Или, У Сокджина начинается течка, пока Юнги занят работой над дедлайном их камбека.

Он хотел все вернуть, но как раньше уже не будет

Сокджин любит спать после школы. Юнги любит трахаться. Эти вещи совместимы. Или Юнги находит своего парня спящим только в трусиках и футболке.

Юнги никогда не сможет отпустить свои чувства к сводному брату.

Формы у Сокджина действительно были идеальными — толстые бедра, плотный, выпирающий животик, говорящий о том, что омега готова к беременности, сочная грудь и плюшевая задница. Всё в Сокджине словно кричало, что он создан для Юнги. И альфа не собирался упускать свой шанс.

При свете огня, когда потухло электричество в доме, Сокджин казался живой скульптурой. Или юнджины бесконечно влюблены в друг друга.

– Я так скучал по тебе, хён, – шепчет Сокджин, его голос дрожит, и это становится последней каплей для Юнги. Всё, что он когда-либо желал, здесь, рядом, в этих словах, в этом дыхании. Он осторожно проводит руками по рукам принца, словно пытаясь передать все свои чувства в этом единственном, молчаливом контакте. – И я, мой принц, – отвечает Юнги, его голос срывается, как если бы он сам не верил в свои слова. Он проводит большим пальцем по щекам Сокджина, вытирая оставшиеся слёзы.

Япония подарит незабываемые ощущения и раскроет все тайное.

Юнги не может позволить себе этого омегу и он не позволит своей тьме поглотить Джина.

–Ты называешь это 'медицинским осмотром', но я прекрасно вижу, как у тебя глаза на лоб лезут. Доктор, вы вообще имеете лицензию на такие методы лечения?– Сокджин.

Юнги едет домой. в долгожданный покой и уют, стараясь забыть, что теперь вся его страна — фронт. и дома, как такого, больше нет.