Мин Юнги вечно чем-то недоволен. Мин Юнги постоянно даёт Чимину подзатыльники, когда тот несёт какой-то бред. Мин Юнги хмурит брови (даже когда спит). У Мин Юнги два прокола в правом ухе, три – в левом. Запястья – эрогенная зона Мин Юнги. И Чимин (вроде как) не должен был знать последнего пункта.

Дети, рожденные на побережье океана, учатся плавать и нырять раньше, чем ходить и говорить. В венах их течет морская вода. Тот, кто однажды встал на доску, навсегда остается заложником океана и волн, ведь каждая новая волна лучше,чем предыдущая, и их бесконечное количество.

— Чимин, а какой твой любимый тип? — Медсестры. — О, я как раз знаю одну! Просто милашка! — Да? И как ее зовут? — Юнги.

Чимин не думал, что его привлекают мужчины, но тот секс он запомнил навсегда. Запомнил всё до мельчайшей детали. Крепкие руки, грубая хватка, синяки на бёдрах, засосы на молочной коже, искусанные губы, древесный парфюм и это нежное «Чим-и...» на ушко. С утра Чимин проснулся и обнаружил, что в его номере никого нет. Только одинокая записка на тумбочке у кровати "Спасибо за секс, Чим-и, ты хорош, но немножко деревянный, поработай над этим, малыш".

— 911, что у вас произошло?

— Хочешь чего-нибудь выпить? — предлагает Юнги и несдержанно ведёт языком по шее. — Ты задал неправильный вопрос. — Хочешь поехать ко мне? Блондин в его руках разворачивается, и Юнги сразу кидает взгляд на соблазнительные губы. Они влажные и такие пухлые, ему хочется кусать их, а потом нежно целовать каждый укус. — Теперь правильно, — шепчет незнакомец. — Хочу.

Чимин не отводит взгляд, продолжает смотреть, и Мину кажется, что вот сейчас он улыбнётся и скажет, что всё хорошо, что он верит ему, но: — Уходи, — холодно произносит Пак и снимает своё обручальное кольцо.

— Хочешь, я покажу тебе космос?

Чимин ничего не говорит, а лишь подходит к кофемашине, молча приступая к своим обязанностям. Как только кофе готов, Пак вспоминает о купленной виагре, которую он без угрызения совести добавляет в чашку. Две таблетки должны конкретно взбодрить этого дьявола. — Посмотрю, как ты просидишь всю ночь со стояком, — улыбается Чимин, мысленно восхищаясь своей находчивости, и, взяв чашку горячего кофе, направляется в кабинет босса.

Всё в Пак Чимине раздражало, особенно тот факт, что он - гей.

В первый же день университета, Тэхён знакомит Чимина со своими друзьями, они быстро находят общий язык, только вот среди них выделяется один брюнет со сквернейшим характером. И вроде взаимная неприязнь и прочие булочки, только вот, в какой-то момент Чимин понимает, что по уши влюбился в того, кто ярый гомофоб и самый натуральный натурал из всех натуралов, в того, от кого с лёгкостью можно получить в челюсть за голубоватую шуточку, в того, кому признаться в любви подобно смерти, в прямом смысле.

Я с детства обожал и восхищался супергероями, но влюбился в отбитого хулигана. Потому что он тоже герой, просто немного своеобразный.

Просто представьте, что одним теплым летним утром вы просыпаетесь, сладко потягиваетесь, во рту у вас помойка от вчерашний попойки, справа незнакомое мужское тело, а на безымянном пальце левой руки обручальное кольцо. Представили? А теперь орем что есть мочи, потому что вы Пак Чимин. И вы — натурал.

Юнги ненавидит Пак Чимина, который весь из себя милый и плюшевый воспитатель в детском саду, живущий в соседней комнате. От каждого слова, сказанного милым голосом, хочется съездить по смазливому личику. Но он даже не подозревает, что Чимин играет. Выводит его на эмоции, наслаждаясь злостью в чужих глаза, а по ночам превращается в сучку, затягивает очередную портупею и едет на работу в стрип-клуб.

Мин Юнги - студент университета, живущий в съемной квартире. Его сосед по комнате - Ким Тэхен - гей каких мало. Бедное натуральное мировоззрение Мина ежедневно подвергается насилию со стороны соседа. И однажды, на пороге их квартиры появляется Пак Чимин - тяжелая артиллерия голубого мира.

Что будет, если неуступающие пусанские парни встретят на одной территории школы сбежавших за мечтой парней из Дэгу? — Вы в нашем городе, а значит, следуете нашим правилам. — Тогда советую отсосать нам в честь нашего приезда, иначе я не разрешу сплёвывать.

— Я спрашиваю еще раз для тупых. Ты пишешь эти блядские истории, в которых я умелее любой элитной шлюхи? Чимин нервно сглотнул, оглядел парня еще раз и пискнул, потому что перед ним стоял не кто иной, как пиздецки злой Мин Юнги. Пак сделал осторожный шаг назад, перевел взгляд на телефон в своей руке и прочитал единственное слово, которое прислал ему друг. «Беги».

— Найди омегу, который родит мне ребенка! Здорового, способного родить мне альфу, только альфу, — решил для себя Юнги. Если уж и задумываться о наследнике, то это определенно должен быть альфа — крепкий, бойкий, с характером. — Я нашел омегу, — радостно сообщил секретарь. — Сказал, что деньги очень нужны. Он ждет в приемной. Позвать его? — директор кивнул. Его ждет долгий разговор. — А еще он невинный...

Над кем еще можно было так безнаказанно издеваться? Он такой один, его любимый Пусанина. Пухлый, щекастый и стойко сносящий все его удары и подколы. Когда Юнги услышал о его возвращении, то руки прямо зачесались в предвкушении снова почувствовать под костяшками этот мягкий живот и словить кайф от тонкого голоса, смиренно молящего о пощаде. Но что же стало с его Пусаниной? Куда подевалась вся робость и круглые щеки? Куда?!

Чёрт дёрнул одногруппника заикнуться о нашумевшей новости про замеченного йети в горах маленького городка, как раз тогда, когда популярность блога Тэхёна пошла на спад. Сугробы, сопли до колен и снежный человек, а что ещё нужно для счастья?