— Командир! — молодой альфа в запыленной форме остановился, с изумлением глядя на Танатоса, развалившегося на обочине дороги с папиросой в зубах. Справедливости ради стоит заметить, что обочиной был небольшой пригорок, покрытый зеленой травкой. Так что Танатос расположился со всем возможным комфортом. — Разрешите обратиться?

Он знал о Терри все, каждую мелочь. Но знал ли Роб себя?

Когда любовь становится смертельной, можно ли еще надеяться на чудо? Джон Мактавиш задыхается — не только от болезни, но и от своих чувств. Каждый день он борется с этим недугом, зная, что его чувства обречены. Но одна операция может стать последней — и для тела, и для души или... для болезни?..

В московской библиотеке двое бывших спецназовцев узнают друг друга спустя три года после операции "Северное сияние", перевернувшей их жизни.

Джон Мактавиш возвращается домой, чтобы провести Рождество с семьей. Однако его мысли не покидает Саймон Райли, который внезапно перестал отвечать на сообщения. Поглощенный тревогой, Джон решает оставить все дела и поехать в Англию, чтобы проверить, что с ним случилось и все ли в порядке.

Все их разговоры наедине наполнены напряжением, взаимным разочарованием и оседающим дымом сигарет на языке — от чего дышать тяжелее, Ян не знает. Наверное, всё-таки от того, что, замолчав, никто из них не двигается, не готовые первыми повернуться спиной, чтобы разойтись.

Клайлерт/Наран Лёгкая музыка звучала из небольшого кафе на берегу. Она словно струилась по стенам, деревьям, земле и траве, наполняя всё смыслом. Мужчина, игравший её, обладал необычной для этих мест внешностью и аурой. Было в нём что-то хищно-опасное, но при этом утончённое и отстранённое, словно бы всё, что он делал, принадлежало кому-то одному. Вокруг него всегда собирались слушатели, ведь эти мелодии трогали даже самое суровые и изысканные сердца.

Он всегда заботился о других, не ожидая ничего взамен. И не думал, что однажды забота может перерасти во что-то большее.