Эмбер не знала, что сможет так сильно привязаться к ней. Но что теперь делать, когда она ушла? Ведь скаут здесь, в Мондштадте, а Люмин там, уже далеко в Ли Юэ. И только запах одуванчиков и знакомая тропинка навевают воспоминания.

Идеальная каменная маска с фальшивой улыбкой. Ей идеально подходит гео, но вот только камень тоже может рушится. Особенно перед штормом, когда над морем поднимается сильный ветер, заставляющий сердце биться от беспокойства ещё сильнее.

— Ты же не сильно обижаешься на меня? — открыв глаз, произносит Гуннхильдр. — Как я могу на тебя обижаться, Джинн? Я люблю в тебе это трудолюбие, хотя и волнуюсь, что однажды оно может привести тебя в больницу. Девушки просто молча сидят так, наслаждаясь этим немногим временем наедине. Лиза нежно перебирает волосы Джинн, из-за чего глаза той постепенно закрываются. — Спи, моя милая Джинн. Я буду рядом, пока ты не проснёшься, — нежно шепчет Лиза девушке, что спокойно спит на её коленях.

В их мире не было ничего светлого и справедливого. А лозунг церкви «Наша Империя — Империя Свободы!» давно превратился в наглую ложь. Может ли это быть правдой, когда прямо сейчас перед ней сжигают очередную девушку, что кричит от боли? Джинн сжимает эфес меча и удаляется с площади, не в силах больше слышать крик ведьмы и радостные возгласы горожан. И когда для неё это всё стало таким противным?

Стоя на горе храма Наруками, Яэ печально провожает взглядом взлетевшего ворона, который направляется в сторону города. Ветер развевает розовые волосы, пока девушка ёжится от холода, наблюдая за всем свысока в надежде, что в этот раз она точно прочтёт письмо. Но у Эи вновь окажутся дела поважнее. Мико уверена в этом, как бы она не продолжала надеяться на другой исход.

Тяжело дыша от пробежки на пятый этаж, она быстро набирает сообщение интернет-подруге и заходит в незнакомую аудиторию, где её должен был ожидать преподаватель, что помогал с подготовкой к олимпиаде по обществу. Но в пустующим кабинете за одной из парт сидела до боли знакомая студентка, которую она видела лишь на фотографии из соцсетей. Замерев на месте, девушка неверяще смотрит на неё, ведь всё кажется каким-то чудом.

Она надкусывает свежеиспечённое печенье, которое ей только что подала Навия, и наслаждается приятным вкусом. Клоринда знает, что в Фонтейне есть множество ресторанов, кафе и кондитерских, где работают искусные профессионалы чья выпечка покорила желудки даже самых придирчивых гурманов и критиков, но дуэлянтка уверена в одном - печенья Навии самые вкусные и сладкие на свете.

Её объятия стали для неё спасение. Свежим глотком воздуха в ту минуту, когда она полностью погрязла в отчаянии. Она всегда была рядом, эта наглая кицунэ, что крепко обнимает её в данную минуту.

НинГуан не верит этой девочке перед собой, что та станет капитанам флота. Люди с добрым сердцем и свободой в голове не достигают таких вершин. Она знает и понимает это.

Стрела попадает слегка левее центра. Сара смотрит прямо на неё своими холодными золотыми глазами, которые продолжали завораживать Кокоми. Казалось, что с каждым разом она всё больше тонула в них.

Страхи. У каждого они свои. И не важно кто ты, человек или адепт. Но как говорится, их нужно решать, даже если тебе тяжело.

Гань Юй помнит, как рассказывала маленькой Янь Фэй о их проклятии. Помнит каждое сказанное слово и предостережение. Проклятие "Вечности" преследует всех долгожителей, словно страшный сон, вновь и вновь напоминая о себе.

Спустя долгие столетия покоя для Мондштадта настало трудное время. На плечи Джинн с каждым днём падает всё большая ответственность. А смерть товарищей давит всё сильнее.

Она стала её спасением, тем самым лучиком в тёмной безвыходном, как казалось тогда, лабиринте.

Поле за школой, одуванчики и её любимая книга. Тихий бархатный голос вновь читает знакомую им историю. Как же ей хочется, чтобы это никогда не заканчивалось.

Лиза видит, как Джинн не может найти себе места, ей и самой хочется прижаться к ней, но кажется, что от этого станет лишь больнее. Не сейчас, потом. Это словно сладкий яд, что постепенно отравляет её, убивая в конце. Для неё рыцарь сейчас именно он — отравляюще прекрасный яд, который в конечном итоге погубит Минчи.

Можно ли сделать правильный выбор, будучи ещё ребенком? Взять на себя ответственность за решение, которое определит всю последующую жизнь? И не поздно ли осознать, что ты ошибся, когда брачный договор уже подписан и близится свадьба?

Энтропия (псих.) — степень хаоса и разрушения целостности системы. // У Дилюка есть цель — и он готов идти по головам, чтобы её достичь. Кэйа — новая переменная в этом простом уравнении, свалившаяся на голову холодным снегом и колкими улыбками. Верят первому встречному только идиоты, наивные до блеска в глазах, но внутри ещё теплится что-то живое вперемешку с надеждой на хороший исход. Дилюк пожалеет. Задницей чует — пожалеет.

Беннет ярко иллюстрирует нам поговорку «любовь зла». Угадайте, и кому это раз за разом не везёт в романтических отношениях?

Шесть лет назад произошло Пепельное Бедствие, и Альбедо разрушил Мондштадт. Пять героев, которых называют исчезнувшими, забрали его в Бездну, и повзрослевшей Кли остается лишь смириться со своими потерями. Но что, если Пепельное Бедствие — лишь верхушка айсберга? Станет ли пропавший шесть лет назад Чайльд ключом к страшным секретам Тейвата? И сможет ли Адепт Сяо, который ищет свою возлюбленную Люмин, разгадать оставленные ею тайны и помочь жителям Тейвата остановить неизбежное?