Учеба в медицинском, несомненно, полна сюрпризов, но неожиданное появление перед глазами мужчины, которого ты обматерил с ног до головы, в качестве твоего нового преподавателя по хирургии — это, пожалуй, конечная. История о Тэхёне, отказавшемся от своей мечты стать хирургом из-за инцидента двухлетней давности, и Чонгуке, преподавателе, сумевшем возродить в студенте прежнее рвение к мечте.

***** - А если вы тоже хотите моей смерти, - еле слышно прошептал Ким, посмотрев на парня жалобными глазами, уже понимая, что у него нет выбора, как согласиться на его предложение, но в груди все замерло от страха. - Поверь мне, малыш, - также шепотом выдохнул он в ответ, - если бы мне нужна была твоя смерть… Ты бы уже сдох. *****

— Разве он стоит этой войны, Чонгук? Отдай им его. Он же чужак! Чонгук, повернув голову в сторону Тэхена, не ответил. Он смотрел на омегу с печальными глазами, одиноко стоящего среди глубоких сугробов. Тэхен снова один, мёрз, много думал и не улыбался. Чонгук за всё время их знакомства улыбку омеги ни разу так и не увидел. У Тэхена в сердце зияли чёрные траурные дыры. Ему было не до улыбок. Впрочем, Чонгуку тоже.

— Вы и романтик, и извращенец, — говорит Тэхён, оценив Чонгука взглядом. — Но больше второе.

— Я сомневаюсь, что в этом мире есть хоть что-то, что заставит меня полюбить байки, — Чонгук фыркнул и, развернувшись, ушел в кабинет. — Может быть, кто-то заставит, — Чимин бросил эту фразу, не особо думая над ней. Гук подросток, увлекающийся флористикой, читающий романы и мечтающий о красивой любви. А Тэхен байкер, которому пришлось полюбить цветы.

У Чонгука на носу выпускные экзамены, поступление в университет, пугающая неизвестность касательно всей будущей жизни в целом и полная комплектация загонов простого подростка. Ему бы думать об учёбе и подработке, чтобы показать себя родителям в качестве настоящего взрослого, и морально быть готовым к тому, что его никуда не возьмут, потому что такой шанс тоже есть. Но по неясной причине всё, что он может — это тайно рисовать нового учителя по литературе. По-другому почему-то не получается.

— может, тогда выберешь мне шлюху похожую на тебя, гук-а? — говорит омега шёпотом, от которого у чонгука по спине снова бегут колючие мурашки. подтекст этого вопроса отчего-то слишком сильно шокирует и волнует его, вынуждая чувствовать себя явно незащищённым и уязвимым, будто его босс в открытую заявляет на него свои права. — я устал трахать их всех сзади и представлять под собой тебя.

С детства Тэхёну прививали интерес к определённым вещам. Его учили, как правильно держать ложку, как разговаривать с людьми из высшего общества, одаривая их лестной улыбкой, учили манерам поведения, но никто не рассказал ему о том, как важно принимать себя и не бояться быть любимым. Чонгук подскажет.

О неизбежной истинности, о трудностях социального статуса и о красных стенах в темной ночи.

Не позволь себе разбиться.

— Не знаю, что ты себе вообразил, сучоныш, — а вот это было чем-то новеньким, — но мы с тобой не женатики. Ты мне не интересен. Если бы не мой сын, этого всего, — он обводит рукой пространство, — не произошло. — Точно не интересен? — Тэхён склоняет голову набок. ИЛИ Чонгук зрелый омега с непростым характером, который давно уже ничего не ждет от своей размеренной безбедной жизни, но в игру вступает один наглый сучоныш.

Чонгук не ожидал встретить истинного во дворе своего дома. Ещё больше он не ожидал, что его истинный будет играть в песочнице. Потому что Тэхёну — пять, а Чонгук старше своего истинного на двадцать лет.

Чонгук оказывается там же, где и Тэхён, но не по собственной воле. А Тэхён по собственной воле идёт ему навстречу.

Из чужих уст можно услышать, что сегодня вновь кто-то лишился руки из-за алмаза.

— Твой долг увеличился, — брезгливо вытирая пальцы носовым платком, сказал Шихёк. Мальчик ничего не ответил. Он не знал толком, какой за ним числится долг на данный момент. Так как эти неведомые долги родились раньше него. Он сам был продан за долги, и его мать, прекрасная омега, которую он смутно помнил, соврала Шихёку, говоря, что ребенок будет иметь вторичный пол, так как отец являлся высокопоставленным альфой.