Кажется, здесь и сейчас он может получить все, что так желанно, только руку протяни. И Му Цин, впервые за все эти сотни лет настолько открытый, такой родной и безгранично любимый со своей нежностью, силой, уязвимостью и стойкостью, искренностью и гордостью… Фэн Синь так невыносимо сильно хочет вдохнуть его подобно воздуху, заполнить им свои грудь, вены, разум, все свое существо. Он так безумно хочет… — Я так хочу, чтобы мы поженились, — выдыхает он шепотом, словно в бреду.

Му Цин, вопреки сказкам, имел вполне человеческое тело с человеческим ростом, и хоть в доме кроме него и был лишь один единственный житель, ему было трудно присесть хоть на минуту, не отскакивая в сторону, чтобы на него не налетели. Новый жилец был до того раздражающе активным, что рисковал в скором времени стать нежильцом. [Му Цин — задолбавшийся домовой, который спокойно себе жил в пустующем доме и радовался, что не имеет дел с людьми, пока в один день Фэн Синь не решил в этот дом въехать]

Му Цин никогда не играл в компьютерные игры. А еще он никогда не пропускал пары, никогда не опаздывал, никогда не отдыхал. Никогда не заводил знакомства в интернете и никогда не влюблялся в людей, чьих лиц даже не видел. Но ключевой закон судьбы — никогда не говорить никогда.

Сборник драбблов по Фэнцинам

#MXTXTOBER23 Day 12 — Hair — Больно? — Нет, — только и отвечает Му Цин тихо, почти шепотом, так что улавливаются едва-едва различимые нотки уязвимости, которые Фэн Синь слышал в их многочисленных разговорах, трудных и шатких, болезненных порой, но позволивших им в итоге оказаться здесь. — Не больно. — Скажи, если вдруг будет, ладно? — просит Фэн Синь, мягко прижимаясь губами к его затылку. — Ты уже давно не делал мне больно, — в этот раз Му Цин все же шепчет.

#MXTXTOBER23 - Day 10. Childhood Фэн Синь рассказывает Му Цину о девочке, в которую он влюбился в детстве. Му Цин называет его идиотом.

Он все еще не в состоянии открыться и довериться целиком, но Фэн Синь этого и не требует. Фэн Синь, кажется, доволен компанией любого Му Цина, как честного и умиротворенного, уязвимого и притихшего, так и саркастичного и колкого, закрывающего от чужого взора все самое чувствительное. Му Цин прощупывает почву и недоверчиво топчется на одном месте месяцами, прежде, чем ступить дальше, не способный так скоро принять ее твердость и надежность.

Пять раз, когда Фэн Синь предлагал Му Цину фотосессию и получал решительный отказ, и один раз, когда тот согласился.

Все, что они делали – ранили друг друга. Они хотя бы знали, как остановиться? Битва окончена, но все не так, как раньше. Фэн Синь сталкивается с осознанием, которое овладевало им постепенно и вдруг разом обрушилось на него.

Когда Му Цин вместо драк с Фэн Синем начинает с ним спать, то убеждает себя, что это ничего не значит. Это просто секс. Верно?..

Му Цин фотографирует Фэн Синя для весьма необычного конкурса и внезапно понимает, что его чувства к нему не так однозначны, как он думал.

Генерал Сюаньчжэнь легко перемахивает через подоконник и останавливается в двух шагах от Фэн Синя, сложив руки на груди и немигающе глядя в глаза. В темных радужках отражается пламя свечи, и Фэн Синь в который раз готов сдать все свои бастионы за один только этот взгляд.

Редкое проклятие, наложенное на Му Цина, приводит Сяньлэ-трио в логово старого врага. На грани жизни и смерти Фэн Синь и Му Цин наконец полностью осознают, как важны они друг для друга...

Фэн Синь падок на вкусности, которые готовит Му Цин, но еще больше он падок на самого Му Цина.

На Рождество Фэн Синь получает гейскую панику и таинственный подарок.

Му Цин любит поцелуи.

Все началось с того, что на праздник Середины Осени дворец Сюаньчжэня не получил ни одного небесного фонарика. Да, именно — ноль.

Есть те, кто любит повздыхать о том, каким другим этот мир был раньше. Как ходили по небесным просторам, устланным бледно-розовым, как отпечаток восходящего солнца на облачной пелене, мрамором, прославленные небожители. Каким простым и одновременно полным страданий и грехов был мир смертных. И как царствовали во тьме низшие духи, неупокоенные призраки и непревзойденные демоны. Вы сами в это верите?

— Так почему у твоих храмов всегда вертится так много кошек? — Не знаю. Почему, как ты думаешь? Фэн Синь думает, что это всё от того, какой Му Цин потрясающий. Он ему это обязательно скажет когда-нибудь потом.

Привычный мир может измениться в любую секунду. И то, что накануне казалось трагедией, станет воспоминанием, за которое захочется цепляться, чтобы выжить.