У Хлои были все шансы не выбирать её, но сидя сейчас за своим столом, она осознает, что наблюдает за ней постоянно. Как она общается с коллегами; как тонкими пальцами держит стаканчик с кофе, поднося его к губам; как дарит улыбки каждому, но никогда не нарушает личных границ коллег, лишь иногда дежурно пожимая руку. И вот сейчас Хлоя сглатывает, когда взгляд серо-зелёных глаз встречается с её — и теперь она готова отдать всё, чтобы почувствовать, каково это, когда Саманта Хартман касается тебя…

Саша твердила себе, что непрофессионально цепляться за кого-то, выделять, наделять посетителя «особенностью», но ничего не могла поделать с тем, что звуки притуплялись, все вокруг становилось картонными декорациями и, лишь взгляд незнакомой женщины казался реальнее всего на свете. Она не знала ее имени, профессии, возраста, любимого цвета, цветов, фильма, песни. Но знала, что женщина приходит в те же дни, что и мужчина, занимающий четвертый от сцены столик.

В прошлом для Оли Лавровой остались два жарких лета, неразделенная любовь и многочисленные проблемы с психикой. Теплый сентябрь притворяется, будто влечет за собой что-то хорошее, а на деле собирается столкнуть её с женщиной, что неосознанно провертит до скрипа Сансарово колесо.

Даже под пытками я бы вряд ли смогла ответить, что во мне нашла она: чистоплюйка, голубая кровь и стопроцентная гетеросексуалка.

"Антонова была как ядовитый плющ и энцефалитный клещ в одном флаконе".

Сначала новая преподавательница испортила тебе день, а после ты узнаешь, что она новая жена отца, которая ещё и собирается испортить тебе жизнь...

Новый руководитель. Не первая встреча. Компанию встряхнет новое назначение, а заодно и жизнь ее обитателей.

Зарисовка о том, как непросто сдать экзамен преподавательнице, которая, кажется, тебя недолюбливает.

Пошло 7 лет после выпускного. Девушка давно уже выросла из школьного возраста. Старые песни забыты, старые дневники сожжены. Но старые вопросы все еще будоражат душу. Кто вы такая, Наталья Андреевна? И что же все-таки произошло между нами в этот туманный выпускной год?

В мире сколько показательных историй любви: искренней, преданной и светлой. В наше время их слишком переоценивают. Время безнадежных романтиков с ромашками в руках и надеждой в сердце. Но раньше... Раньше была эпоха драмы. Взять например Шекспира, а потом Гете... Но сколько же в мире, непризнанных широкой публикой историй ненависти, предательства, настоящей страсти. А ведь эти истории куда интереснее. А вам, Юлечка, какие жанры больше по душе?

Мне бы хотелось думать, что последний курс балетной академии закончится, как самое спокойное и тихое адажио. Что новый педагог-репетитор не станет ломать устоявшиеся законы класса, а подаренный Мастером блокнот начнётся и закончится на первой странице. Но навязчивая симметрия в иронии: своими мыслями уже давно управляю не я.

Желание стать исключительной ведёт новыми путями: уйти с репетиции со следами помады педагога на губах веет непостижимой привилегией. Передо мной, в первую очередь, прима-балерина, а не девушка. И этот титул неплохо закрывает глаза на происходящее.

«Спящая красавица прошла отлично, нам нужно расширить программу постановок», — горделиво говорила Сафронова Гергиеву. А у меня ужасная сухость во рту, размытая пелена в зрачках. Я сумасшедше рассматриваю свои руки и мне кажется, что не такой худой я была до спектакля. Что тяжесть в лёгких, мешающая дышать, не пройдет за один вечер. Но едва находятся силы признаться в бессилии, попросить немного отдыха на пороге пятого спектакля, чёрный горизонт перед глазами сваливает меня на доски сцены. И всё.

Ты бы видела ее глаза, когда речь заходит о тебе.

Блэр - счастливая натуралка, пытающаяся завести ребёнка со своим партнёром. После неудачных попыток она обращается к репродуктологу по имени Кайли, с которой у Блэр завязывается дружба. Кайли - счастливая лесбиянка. Когда у Блэр начинает рушиться её брак - она начинает нуждаться в Кайли всё больше. В конце концов, их отношения оказываются на распутье, и девушкам предстоит сделать выбор: поставить под угрозу их дружбу, либо превратить её во что-то большее. Сможет ли каждая сделать верный выбор?

Доктор Джордан Уильямс посвятила свою жизнь двум вещам: спасению пациентов в операционной и соблазнению женщин. В ее представлении верность - провести несколько часов вместе в постели. Мать-одиночка Эмма Ларсон - полная противоположность Джордан. Семья и верность значат для нее все. После ужасного развода, она с дочерью переезжают и становятся соседями Джордан. Хотя она находит Джордан привлекательной, но влюбится во врача не входит в ее планы. Вроде все ясно, но что же может пойти не так?

Один взгляд, одна ночь в прошлом и бездушное молчание сейчас. Но как долго можно тянуть ту нить, прежде чем она оборвется? В поисках самих себя и друг друга они всё равно не могут выбрать между тенью и светом, между тем, что обещает счастье и тем, что разрывает сердца.

Найти своё место на сцене или в жизни другого человека?

— Тебе никогда не казалось, что музыкантша звучит как-то плохо? То ли дело муза… Хочешь быть моей музой? Света задумчиво крутила Сашин локон. Она, конечно, не флиртовала. Флирт закончился еще в самом начале. Света говорит с плохо скрываемой скуки, из попытки сделать вид, что им есть о чем говорить. Особенно — о возвышенном, ведь Света культурная женщина. — А ты разве творческий человек, чтобы я была твоей музой? — Ну, я все-таки тварь эдакая… Что-то да творю.

Словно пантера она приблизилась ко мне одним рывком, захватывая в плен горячих, требовательных рук мою голову, властно притянула меня и впилась жаркими губами в мой рот. Этот поцелуй не был грациозным. В движении сладких губ, обжигающих рук не было ни капли изящества: она была лавиной, дикой и необузданной, обрушившейся на меня с самого неба и потопившей волной ни с чем не сравнимого сладострастия.