Впервые Саид ощущал себя в тупике. Он всегда умело пользовался своей внешностью, умел себя подать, умел быть обворожительным. Он всегда добивался внимания тех мужчин или женщин, которые были ему интересны. А теперь… Наверное, и добиться мог бы, только зачем?

Ты можешь называть меня трусом и сумасшедшим. Можешь обвинять, упрекать, ненавидеть. Это я как-нибудь переживу. Чего я не переживу, так это твоих похорон. Так что раздевайся. А я тебе пока расскажу, как это обычно происходит...

Студент-биолог Шурик пытается совмещать наркотики с вузом, пока один из преподавателей не обращает на его странное поведение особое внимание. Решив завязать с прошлым, Шурик обнаруживает, что свобода имеет тяжелую цену. Когда старые привычки начинают тянуть на дно, спасением становится шаг к тому, кто готов взять на себя ответственность за чужую боль.

У Мэтта за душой — одна спортивная сумка, кредит за брошенную учебу и мать, которая всю жизнь бежала от реальности. Большой город не предлагает ему спасения, только место на обочине. Когда до дна остается один шаг, в его жизнь врывается чужой жесткий голос из телефонной трубки. Голос, который знает изнанку его мыслей. Голос, который предлагает подчинение как единственную форму контроля над падающим миром.

Безупречная карьера, образцовый брак — лишь фасад, за которым Виктор прячет паранойю и удушающий стыд. Поиск спасения в подпольных борделях превращается в замкнутый круг, а страх разоблачения вытесняет саму жизнь. История о точке невозврата, где единственный способ справиться с внутренним хаосом — перестать принадлежать самому себе. Когда привычный мир рушится, на смену стыду приходит чужая воля, становясь единственным лекарством для того, кто разучился дышать на свободе.

Если бы я только мог разделить себя на части… Одну обязательно подарил бы тебе, а остальные выпустил на свободу, как светлячков из банки, но… Всегда же есть какое-то НО. И я не исключение.

— Ты недавно был с ней? Его тон отрешенный. Его тон — сигаретный дым. — Ты же понимаешь, что это ничего не значит. Ты прекрасно знаешь, что я люблю тебя. Всегда любил и буду любить. — Однако позволяешь ей любить себя. Она знает обо мне?

— Секс. — В смысле? — Габриэль на мгновенье теряет душевное равновесие. — В прямом. Будем трахаться. Точнее, я буду трахать тебя. Все ты понял, — на моем лице ухмылка последнего психа во вселенной. Я уверен в побеге Принца. — Хорошо, — он глядит в упор. — Ответь еще на один вопрос? — Валяй. — Ты боишься смерти? — Нет.

Из-за увольнения Яну приходится переехать из съёмной квартиры к сестре. Отношения у них сложные, и Ян надеется, что надолго не задержится. Сестра живёт так, словно одержима недавно умершей бабушкой, и сильно нервирует Яна. Нормальная работа не подворачивается. А по соседству толчётся мутный тип, который волей-неволей начинает его волновать. Ян вязнет. И этот новый жизненный этап ему совсем не нравится.

Дасти и его напарники занимаются поиском космического мусора на продажу. Однажды, оставшись на корабле один, Дасти от скуки решает сделать простенького робота из всякого хлама, но робот оказывается совсем не прост.

Главный герой – ботан и задрот Венечка, студент института геодезии и картографии. У Венечки есть тайна. Вот уже полгода он практикует БДСМ (он умеренный мазохист с оральной фиксацией и стыдливой любовью к аналу). На момент начала истории состоит в натянутых отношениях с госпожой, которая не слишком заботливо к нему относится, и охотно порвал бы с ней, если б было к кому уйти. Новый знакомый готов помочь с этим, но не так-то просто найти идеальную госпожу для того, кто сам не знает, чего хочет.

Дитрих и Майский – одногруппники, которых едва ли можно назвать друзьями. Майский считает, что жизнь следует прожить легко и непринужденно. Дитриху кажется, что расслабиться он сможет только в гробу и то не факт. В связи с этим, взаимоотношения между ними строятся весьма натянутые. Но жизнь – изменчивая штука. И то, что еще вчера вас раздражало, сегодня может оказаться единственно желанным.

...Ты будто магнит для мужиков! Что в тебе такого, что они тебя осыпают подарками? Один тебе мастерскую, второй машину. Это ужасно бесит! Вы с матерью будто местами поменялись. Она всю жизнь вкалывала, как проклятая, а тебе достаточно было ноги раздвинуть!..

Марсель ухмыльнулся. В дрожащем свете огня его улыбка показалась кривой, невеселой. Он медленно распахнул полы куртки. Лида вскрикнула, Егор поджал губы. Вид натянувшего легкий свитер живота, почти такого же большого, как и у его жены, почему-то напугал. Кравцов впервые видел беременного омегу, беременного мужчину. Улыбка Марселя стала неприятной, зловещей. Он небрежно скинул куртку, показывая себя во всей красе, и прошипел: - Не нравится? [Предупреждение: подробное описание родов]

«Знаешь, сколько я здесь, мистер спецназовец? Я здесь уже одиннадцать лет, шесть месяцев и двадцать пять дней. Вот столько я не видел мир за забором. Говорят, все поменялось, не так ли? И скажи мне, свободный человек, каково это — гулять по городу, пить кофе в кафешках и закупаться в магазинах? Может ты расскажешь, что испытываешь, когда занимаешься сексом с любимой женщиной? Я не знаю. Мне было семнадцать, и я не успел. Даже не целовался, представляешь, командир?.. За что он лишил меня этого?»

Когда они только познакомились с Эриком, Рассел убедил и себя, и его, что совсем не против быть не единственным нижним — по-другому никак. У Рассела слишком много требований, слишком много границ и табу — ни один Верхний не станет мириться с подобным. Даже такой терпеливый и понимающий, как Эрик.

Андрей Григорьевич Орлов - богатый и властный человек со скверным характером. Он управляет тысячами людей, и большинство из них боготворят его и боятся до трясущихся коленок. Но и на дикого Орла найдется хозяин, который сможет подчинить его и приручить. БДР, взаимопонимание и любовь.