Обито перебивает, сгибая колени, отворачивается от него и хлопает себя по спине. — Залезай давай. Какаши смотрит не понимая. — Что ты предлагаешь? Чтобы я на тебя залез? Он удивляется, опускает плечи и складывает руки. Предложение кажется странным, но что-то в нем есть. Не меняя положения Обито косится на него, отвечая будничным тоном: — Мы с братьями всегда так украшаем. Это уже что-то вроде семейной традиции. Какаши тихо смеется. Предложение странное, но правда интересное.

Какаши часто снятся кошмары после войны, но единственное, что имеет для него значение, это то, что из них его вырывает Обито.

Рамен приятно грел живот, тупые мысли приятно грели головы. Они пошли в тату салон.

-А у тебя смешная рожа, Канкуро...

Канкуро рисует на Кибе.

Он чуть запрокинул голову, а Учиха несильно сжал влажные пепельные волосы длинными пальцами. Под густыми темными ресницами заиграли тени.