Отзывайте Ястреба.

5 раз Тойя ставит себя в неловкое положение перед горячим знакомым + 1 раз он одерживает верх.

Сатору Годжо всю жизнь старался поступать правильно, как положено. Он решает провести свою вторую жизнь, терроризируя местную якудзу, переживая дни своей школьной славы с молодежной эстетикой поп-панка и прискорбным пристрастием к черной коже, выкорчевывая преступный мир и индустрию героев и небрежно принимая костюмированную агрессию, как профессию. [Au, где Сатору Годжо перерождается, как Тодороки Тоя]

— Звучит как семейная легенда, Старатель-сан, — уклончиво отвечает Кейго. — Это и есть семейная легенда, — соглашается Тодороки, — но, как показали события в мире, легенды перестают быть таковыми, стоит людям начать в них верить.

Ястреб стоял с широко открыми глазами, и взирал перед собой. Он не мог отвести взгляд, не мог ни о чем думать, он только стоял и смотрел. Он не должен был допустить этого, но он допустил. Привязался. К Даби.

Оставайтесь на земле, птицы будущего! Небеса уже исследованы, и они пусты.

— Тронешь его хоть пальцем, — хрипит Сатору, — и я убью тебя. Или: В одном мире Годжо Сатору разрубают пополам. В другом мире Тодороки Тойя открывает ужасающе яркие голубые глаза.

Все были непреклонны, никто не хотел давать ему поблажек, но Кейго хотел пирсинг

«Абстрактное желание спасать вдруг очеловечилось. Сосредоточилось в одном мальчишке. И именно он покажет тебе, каким героем ты хочешь быть и каким станешь. Тойя – твой урок». Но Тойя был человеком, а не уроком. И Ястреб не имел права на ошибку. [Воскресение Тойи Тодороки потрясает пятнадцатилетнего Ястреба. Кажется, будто голубое пламя обожгло само его сердце. Рядом с Тойей он учится быть настоящим героем, в то время, как мир, в который он верил, рассыпается пеплом.]