Впереди тысячи и тысячи часов на то, чтобы тратить своё время бездумно и беззаботно. Но что делать, когда эти тысячи часов являются одним и тем же днём? Что делать, когда «завтра» не наступает и, кажется, вряд ли когда-то наступит? Многое ли может изменить один единственный день её жизни, если он повторяется не только у неё, но и у него тоже?

Оказывается, 1997 год ничем не лучше 1947. Исчезновения, шпионаж, убийства, война. Насколько сильно отличаются представления лорда Волан-де-Морта и Тома Риддла о лучшем мире? С восторгом лорд Волан-де-Морт обретает нового, не уступающего ему по силе союзника, который, по его мнению, будет залогом победы в этой войне. И всё бы ничего, если ни одна проблема, имя которой Гермиона Грейнджер. P/S. Практически никаких отклонений от канона, Том Риддл vs Волан-де-Морт (нахождение в одном времени).

В 1947 году мир на более масштабной грани войн и опасностей, чем Гермиона видела в своём 1997, только всё дело в том, что теперь она вмешивается в историю, и результаты её действий до одури непредсказуемы. Насколько сильно мир потерпит изменения, если она всего лишь попытается изменить жизнь Тома Риддла, уже называющего себя Лордом Волан-де-Мортом? Сгладит ли она опасности на его пути или, наоборот, всех потрясёт что-то похуже, чем магическая война 90-х, а весь мир рухнет прямо на её глазах?

Гермиону распределяют в Слизерин, и ее дразнят соседи по факультету, особенно Драко Малфой, которому удалось оттолкнуть маленькую волшебницу не только от Слизерина, но и от всего Хогвартса. Но что будет, когда Гермиона узнает, кто ее настоящий отец? И как она докажет свою ценность?

Что случится с Гермионой, когда ее, по воле случая, оставят в Малфой-Меноре? Что произойдет, когда Темный Лорд решит оставить ее... оставить у себя? И что произойдет с Волан-де-Мортом, когда Гермиона вернется к нему в прошлое? Получится ли у нее помочь Темному Властелину исправить его ошибки и предотвратить войну в волшебном мире?

Гермиону схватили Пожиратели Смерти, но Волдеморт не собирается убивать её. Она будет жить, и станет для него кем-то больше

AU — Ты его не боишься? У Тома Риддла весьма своеобразная репутация, но я уверена, что всё это глупости, он староста, в конце концов. — А что за репутация? — Ну, он, вроде как, тёмный волшебник.

Многие думают, что нет ничего хуже Рождества, проведенного в одиночестве. Гермиона Грейнджер считает иначе. По иронии судьбы, спасти ее от надоедливых советов вездесущих родственников в эти праздники может лишь один человек. К чему приведет их невинная игра, когда Драко Малфой согласится стать ее «плюс один» в этот Новый год?

Несмотря на ужасающие события, трупы и сражения, Гермиона верила в победу. Ещё не сломленная часть неё, державшаяся за друзей и Орден, надеялась на лучшее. Это стало единственным, что заставляло открывать глаза по утрам, собираться на поиски неизвестного крестража и подбадривать изничтоженных Рона и Гарри.

Драко Малфой уверен: когда весь мир отворачивается от тебя, его порабощение – не такая уж и плохая идея. Сможет ли Гермиона Грейнджер спасти Драко от падения во тьму, мир – от Третьей Магической Войны, а себя – от влияния древней связывающей магии Малфоев? И знает ли она, каких чудовищ можно обнаружить, заглянув в глубину чужого сердца?

Гермиона пойдет на все, чтобы доказать своей начальнице в «Ведьмином досуге», что она готова браться за самые серьезные темы, в том числе пойти на свидание с мужчиной, лишь бы отвадить его от себя для своей следующей колонки «Как отделаться от волшебника за 10 дней». Но оттолкнуть Драко Малфоя оказывается непростой задачей, возможно, потому, что у него всего десять дней, чтобы заставить её влюбиться в него.

— Видишь ли, Грейнджер, — задирая ей кофту и забираясь рукой под лиф, Малфой больно смял грудь девушки, — меня учили девушек не бить. — Оставляя оголенную грудь, парень опустил руку к джинсам и начал расстегивать пуговку с молнией. — Думаю ты это еще на третьем курсе поняла, — говорил он, смотря прямо ей в глаза, уверенно забираясь рукой в трусики девушки. — Я проучу тебя по другому.

Незадолго до рождественского бала на отработке у профессора Слизнорта произошла роковая случайность: Гермиона Грейнджер и Драко Малфой обменялись телами. Несколько дней они вынуждены изображать поведение друг друга, попадая в каверзные ситуации. Иногда это будет забавно, но в основном - просто невыносимо!

— Потом будешь меня обвинять! — спокойно произнёс Малфой. — Но для начала… — Он подошёл к ней ближе, сосредоточил взгляд на её приоткрытых губах, украшенных блаженной полуулыбкой. Его ладонь трепетно коснулась её щеки, а большой палец мягко проскользил по губам. Взгляд серых глаз остановился на замершем взгляде карих, из которых побежали две прозрачные дорожки неудержанных слёз. Драко бережно вытер их подушечками пальцев и прошептал: — Для начала я спасу тебя, Грейнджер.

В Британии стартует «Программа адаптации», по требованиям которой чистокровные волшебники, бывшие негативно причастными ко Второй магической войне, обязаны месяц прожить в магловском Лондоне без палочек и любой магии, как обычные люди. По правилам программы, участником должен быть выполнен ряд заданий, помогающих понять устройство жизни маглов и перенять их ценности и культуру. В пару каждому подопечному выбран сопровождающий-маглорожденный, который пройдет весь путь вместе с ним.

В мире, где узнать своего соулмейта можно лишь испытав на себе его эмоции, страшнее всего понимать, что ты ничего не чувствуешь. Но почему, обнаружив свою родственную душу, Гермиона Грейнджер никак не может отделаться от ощущения неправильности происходящего?

И будь я благородным принцем, отпустил бы тебя сейчас, но это не та сказка.

Существует, вероятно, обычная любовь — взаимное тяготение двух сердец, двух душ. Но существует, несомненно, и другая любовь — тягостная, жгучая, безжалостная — необоримое влечение двух несхожих людей, которые одновременно ненавидят и обожают друг друга.

— Это была моя любимая сказка. Но потом я выросла и поняла, что это...так глупо. Она всё время бежала за ним босиком, когда он даже не подумал о ней, уйдя со Снежной Королевой. Он все эти годы о ней даже не вспоминал. И я не хочу быть глупой, как она. Я устала бежать за Каем. Я устала, — Гермиона ощутила, как тёплая слеза скатилась в угол её губы, и он проследил за ней холодным взглядом. Так он смотрит на соперников перед игрой в квиддич. Безразлично. Бездушно. Чёрство. — Пусть спасает себя сам.

Гермионе двадцать два, она работает в Министерстве магии, а её жизнь вполне стабильна. Единственное, что ее омрачает - навязчивые сны, которые преследуют по ночам и в которых Гермиона постоянно видит чей-то силуэт. Но, когда она вместе с друзьями оказывается на лучшем курорте Волшебного Мира, привычный ход вещей меняется совершенно непредсказуемым образом, ведь ей предстоит… танцевать. Танцевать с врагом.