Чонгук, уверенный в себе альфа, знающий цену деньгам. Он больше года добивался недоступного омегу, пока не решился наконец отступить. И буквально на следующий день посреди улицы похитил человека... Что-то явно пошло не так.

— Ну, ничего так, — тихо говорит Хосок. — Бог, — хрипит Тэхён. — Натурал, — резюмирует Юнги, щуря глаза и глядя на Чонгука. — Стопроцентный натурал. Тэхён оборачивается и смотрит на Юнги, выгнув брови, на что тот фыркает: — Меня чуйка еще ни разу не подводила, — усмехается Юнги. — Без шансов. Безответная любовь. — Я его не люблю, — сквозь зубы говорит Тэхён, а Хосок снова ржет, крепче обнимая Юнги. — И меня чуйка никогда не подводила. Проверим.

— У тебя течка, Тэхён. Иди домой, — как можно мягче пытается говорить Чон, но выходит рвано. — Но у нас важные переговоры… — Если ты будешь нюхать мою шею всё время, наши переговоры закончатся, так и не начавшись. Ты уже не маленький, прекрасно знаешь, как течный омега влияет на альф. — Но обычно никто не замечал… — В смысле, «обычно»? — Чон резко останавливается, переваривая только что услышанную информацию. — Это не первый раз, когда ты пришел на работу в течку?

— Я просто... просто подумал, типа. Может быть я не буду так ужасен, если кто-то более опытный научит меня, как это делается?

— Ким Тэхён, как будете сдавать зачёт? — спросил учитель Чон, подходя ближе к парню. — Будете тянуть билет... — он подошёл вплотную и нежно провёл рукой от бедра до талии; по телу Кима пробежала лёгкая дрожь. Он почувствовал чужое тёплое дыхание на своей шее. — ...или снимать трусы?

У Чонгука было всё — успех, высокооплачиваемая работа, огромные перспективы. И неугомонный друг, которому просто необходимо было потащить его за компанию в маленький городок. «А вдруг и ты найдешь там свою судьбу?» — говорил Юнги. Кто ж знал, что эта самая «судьба» пьяной свалится на голову…

Уведомления всплывают на экране одно за другим. Суён: «Мой отец улетает в Дубай, приезжай» Мистер Чон: «Я улетаю в Дубай, поедешь со мной?» Тэхён не задумываясь открывает нужный диалог.

— Я не девственник. — Цедит сквозь зубы. Терпение лопается с каждым шагом Чонгука к нему. Альфа нагибается, останавливаясь в сантиметре от его лица. — Пока не доказано, не ебет что сказано.

— Зачем звонишь? — Как зовут твою черепаху? — на другом конце повисает тишина, и Тэхен буквально чувствует, как работают шестеренки в чужой голове, от чего довольно усмехается. — Ким, съеби из моей квартиры, — Чонгук звучит, конечно, более чем угрожающе, но в данной ситуации Тэхёну пофиг. — Ты не очень-то гостеприимный. Дай хоть чай допить. — Я сейчас вызову полицию.

Одно письмо для Санты со всеми пожеланиями, написанное маленькой девочкой, оказалось судьбоносным для двух взрослых людей, проживающих по соседству.

Чонгук уже собирался уходить из ресторана, когда к нему за стол подсел омега с совсем невинной просьбой - побыть его альфой в этот вечер.

"Вспомни же, почему ты этого человека ненавидишь всем своим безумно колотящимся сердцем, Ким Тэхён. Вспомни, что Чон Чонгук — задира и хулиган, что у него вместо мозга — забитый татуировками кусок металла, что он курит с пятнадцати и что — к гадалке не ходи — умрёт молодым, разъезжая на своём новом харлее. Вспомнил? Молодец! А теперь пиздани что-то такое, чтобы его, проклятого и свихнувшегося, тоже отрезвило..."

- Ты - грех. Мой альфа сходит с ума, когда я прикасаюсь к тебе. Я не понимаю, что ты делаешь со мной, маленький. Давай уйдем отсюда? – альфа опускается к шее и начинает размашисто вылизывать. - Я никуда не отпущу тебя от себя. – внутри у омеги рождаются новые вселенные.

Два раза в неделю, восемь раз в месяц, сто четыре раза за год — приблизительно сто десять встреч с Чон Чонгуком, включая парочку незапланированных. «Это не станет проблемой», — убеждал себя Тэхён. Какие-то сто десять встреч! Он сможет. Он ведь сможет, да?..