Драко хорошо устроился в жизни после войны, честное слово. Он не нуждался в девушке. И уж точно не планировал влюбляться в Гермиону Грейнджер. Особенно с учетом того факта, что она состояла в отношениях с его новым соседом по магазину, Рональдом Уизли. Но, к сожалению, у судьбы другие планы.

При выполнении задания Гермиона попадает под воздействие неизвестного зелья, обладающего определенным эффектом. Драко намерен помочь своей напарнице, но настолько ли сильны его способности окклюмента, чтобы противостоять соблазну?

— В контроле, милая, — шепчет он ей прямо в губы. — Ты нуждаешься в контроле. И Гермиона понимает, что только отец её парня — Драко Малфой — может дать ей то, что ей действительно нужно.

- Обливиэйт? Они зашли на мост, устроившись в углублении дальней колонны, он распахнул мантию, и девушка прижалась к его теплому телу, обхватив за талию. - Это ужасное заклинание. Не представляю, как это – когда с тобой что-то происходило и не помнить об этом. Я хотела бы помнить любую мелочь, произошедшую со мной в жизни, - тихо прошептала она, размышляя. - Это звучит ужасно, только если ты знаешь об этом. И иногда это нужно, ради безопасности. Себя или других, - ответил парень.

Когда Рон Уизли подает на Министра Магии Гермиону Грейнджер в суд, она понимает, что ей не обойтись без помощи. Забавно, что тем, кто будет спасать её репутацию, оказывается не кто иной, как Драко Малфой, которого она не видела уже 17 лет...

Из-за сокращения рождаемости в магическом обществе в силу вступает закон о браке, и враги детства Драко и Гермиона женятся. Чтобы справиться с предстоящей брачной ночью с Драко Малфоем, Гермиона составляет своеобразный контракт, в котором говорится, что они должны следовать строгому набору правил в дни половых актов. К счастью для нее, Драко готов внести поправки.

Драко и его мать вели себя как добропорядочные граждане в течение многих лет, жертвовали тысячи галеонов, но, по-видимому, потребовалось всего лишь немного романтического флирта с Грейнджер, и он мог считать себя полностью искуплённым. Планка настолько низкая, что ему едва ли нужно было поднимать ноги, чтобы преодолеть её.

Гермиона Грейнджер пребывает в недоумении от странного поведения Драко Малфоя, но выясняется, что все дело в древней магии, которую ни один из них не способен контролировать.

— Скорпиус — мой сын?

Гермиона пишет разгромные статьи, описывающие сексуальные успехи известных игроков в квиддич, основываясь на собственном опыте и проведенных с ними вечерах. Что будет, если одна из ее статей значительно занизит характеристику конкретного игрока?

Вероятно, ближе всего за последние несколько лет Гермиона оказалась к его персоне, когда отнимала у шестикурсниц журнал с его полуголой фотосессией. Тот, кстати, до сих пор пылился на её платяном шкафу.

— Нет никаких денег, Грейнджер. Больше нет. Если хочешь их получить, тебе придется выйти за меня замуж. Гермиона фыркнула. Он блефовал, и она не собиралась ему поддаваться. — Тогда ладно. Давай поженимся.

Гермиона вернулась в Хогвартс в качестве временного профессора трансфигурации. Малфой — вместо преподавателя зельеварения. Одна ночь в библиотеке, слишком много вина. В отчаянии Драко воздел лицо к небесам, издав длинную и тихую череду ругательств. — Возможно, тебя это удивит, но мне не пристало, чтобы ведьмы, до которых мне нет дела, садились мне на лицо.

Однажды в Хогвартсе открылся театральный кружок, в котором Малфою и Грейнджер по определенным обстоятельствам приходится играть роли возлюбленных в пьесе «Ричард и Джулиана» (исх. «Ромео и Джульетта»). И кто бы знал каким окажется финал. Обложка работы - https://ibb.co/QY9qHKX

Гермиона знакома с борьбой: за уважение, за внимание, за справедливость. Она даже сделала карьеру на этом, работая от имени существ и для них. Но свою битву против закона Министерства о браке она проигрывает. Стремительно. И теперь ей придется бороться не только с публичными насмешками и патриархальной политикой, но и с растущими чувствами к своему супругу, выбранному Правительством.

Через три года после окончания Хогвартса Гермиона занимает ведущее место в своей области и должна представлять революционное зелье на всемирной конференции в Париже. Когда ее жизни угрожает радикально настроенная волчья стая, ей назначают охрану на неделю. По воле судьбы, ее телохранителем оказывается тот самый мужчина, который был ее первой любовью.

Гермиона знала, что такое секс. Она не наивная маленькая девчушка. Она знала, для чего люди занимаются любовью — чтобы получить удовольствие или зачать ребёнка. Тем не менее, подобного опыта у неё не было. Война тяжёлым грузом легла на плечи девушки, так что разобраться с бушующими в таком возрасте гормонами времени не оставалось. Пока однажды она не встретила профессора, готового научить её всему, чего она не знала.

— Грейнджер, посмотри на меня, — Драко приблизился к ней, устремив на неё взгляд своих серебристых глаз. — Мы застряли во временной петле, все мы. Я не знаю, как давно это происходит, но это продолжается уже несколько недель, и я единственный, кто оказался вне замкнутого круга. Я единственный, кто помнит что-либо от одного дня до другого, то есть до этого момента — до тебя. Он тяжело сглотнул. — Пожалуйста, мне нужна твоя помощь.

Гермиона никогда не верила в предсказания, не говоря уже о толковании снов — не то чтобы сны нуждались в толковании. Но что с ней происходит? Кто-то подсыпал ей приворотное зелье? Она не уверена, хорошо это или плохо, когда её затуманенные сны начинают обретать форму, линии становятся чётче, и в них появляется тело. Потом лицо... И всё становится ясно. Она больше никогда не сможет смотреть на своего коллегу как прежде.

Это не означало, что он ей нравился, или что она простила его, или тем более хотела жить с ним в одном замке. Но вторая отставка Слизнорта была скорее необходимостью, чем добровольным решением. Гермиона хотела кого-то исключительного на этом месте больше, чем кого-то, кто ей нравился.