Бай Чжу давно отучился удивляться странностям этого мира. Мёртвая малышка Ци Ци в качестве ученицы давно стала для него чем-то привычным, но кто бы мог подумать, что помимо неё к нему в близкие создания набросится ещё один живой мертвец.

У всех помощники как помощники, а Тарталье достался Злат – вернее сказать, он сам его выбрал. Что должны делать помощники? Заниматься организационными моментами, подчищать следы за Предвестниками и не совать нос не в свои дела. А что сделал Злат? Проник в сердце Тартальи так естественно, будто был для этого рожден, и наотрез отказался оттуда вылезать. И самое-то страшное: Тарталья совсем не сопротивлялся.

— Сходишь со мной на свидание? А, Элмас? — Ага, только через мой труп и вовремя сданную документацию. Не для того я горбачусь за дубовым столом третьи сутки, чтобы свой выходной на тебя тратить. Давай-давай, не мешай работать, Альберих. — Тогда... давай заключим пари. Если я выиграю, то ты придёшь, а если нет... — Два своих отпуска ты безвылазно работаешь за документами. — Жестоко, но я согласен. По рукам.

Как же порой Амару надоедали вечные споры Кавеха и Аль-Хайтама! Оба были такими упертыми, и ни капельки не старались поладить! А страдает от этого только он... Что же, видимо пора брать всё в свои руки, ради возвращения спокойствия в жизни.

Тейват – место, где умирают надежды. Где алхимия – преступление, Мондштадт – город-изгой, а балом правит инквизиция. Безразличные Архонты не слышат молитв. Люди беззащитны перед ужасом, ползущим на них из бездны. В этом мире лишь две души поднимут головы и взглянут ему в глаза - светлый гений и мрачная тень.

— А ты, как я посмотрю, и без меня хорошо справляешься... — Протянула разочарованным голосом Ху Тао, кивнув в сторону бывшего трупа, в настоящий момент вполне бодренько жующего пельмени. Бай Чжу невинно пожал плечами: — Переманиваю клиентов.

Скарамучча никогда в этом не признается в этом, но он безумно любит эти сильные плечи, покрытые бледными веснушками, чёткие линии синих вен и острые ключицы. Он знает, что на груди у него есть один небольшой шрам, знает, что ближе к предплечью у него находится маленькая родинка и знает, что Роман очаровательно кусает губы, когда его белую шею одаривают грубыми ласками.