— Мы неудачники, Чонгук, — вздохнул Тэхён. — Извини, что не говорил этого раньше... Мы те самые додики, которые девственниками родились, девственниками и умрут. Это наша судьба.

Чонгук родился с золотой ложкой во рту, а Тэхён пашет на пяти работах. История Золушки на новый лад. Основной пейринг - Вигуки, как бы там не выставлял метки фикбук)

О том, как важно найти нормального мастера-ремонтника

Плавные графитовые штрихи ложатся на белый лист картона с мягким шорохом. Из-под кончика карандаша рождается словно живой образ, мягко улыбающийся автору. Образ не идеален, но это и делает его совершенным. Художник растушёвывает тени, водя пальцем по линии губ, подбородку, тонкой переносице. Он и сам улыбается своему творению, касается его, не имея такой возможности в жизни. «Что смотришь? – горько спрашивает, поглаживая волнистые карандашные пряди. – Всю душу мне истрепал, сука…»

Переезжая в новую квартиру, Тэхен и предположить не мог, что мечта всех женщин и даже мужчин будет жить всего лишь за соседней стенкой.

Тэхён давно пытается привлечь внимание Чонгука, хореографа их команды, но тот продолжает оставаться сдержанным. В канун важного конкурса Тэхён решается на смелый шаг и устраивает для Чонгука приватный танец, который запускает череду событий, перерастающих в ночь, полную страсти и желания.

— Слушай, давай честно? — Тэхён начинает выглядеть недовольным, Чонгук ещё минуту назад понял, что поступает опрометчиво, слишком в лоб что ли, а ещё, наверное, уж очень навязчиво. — Давай, — вздыхает Чонгук, предчувствуя, какой пиздец сейчас его ждет. — С тебя толк какой? Симпатичное ебало? Хуй только сосать умеешь поди да в уши ссать. Нассышь мне в уши, залезешь под ребра. И что потом? Растопчешь и уйдёшь. Спасибо, мне такого не надо.

Им понадобились такие ингредиенты, как: влюбленность, желание, время, злость и ярость. Все это присыплем большим количеством ревности... И вуаля, они уже не лучшие друзья, а лучшие бойфренды

Тэхён в панике: король, королева и его старший брат Намджун всерьез намерены женить его на этой заносчивой выскочке из Эсфела – Чонгуке. Чонгук в ужасе: родители пожелали его выдать за принца королевства Осмил – этого невоспитанного, высокомерного хама Тэхёна.

— О, Чонгук, а ты знал, что наш новенький фотограф, оказывается, пидор? Мне его бывший одноклассник поведал занимательную историю про эту маленькую блядь, — и столько яда в голосе, что Ли бы самому сдохнуть. — Надо же… — осталось пережить только последнюю фразу и можно думать, как доучиваться последний год. Кто рискнул бы такой хорошей репутацией, как у Чонгука? Никто, ответ очень прост. Никто никогда не рисковал. — Сколько дрочил Тэхёну за школой, а понятия не имел, что он фотограф. Что?

— Вы и романтик, и извращенец, — говорит Тэхён, оценив Чонгука взглядом. — Но больше второе.

Машина Тэхёна глохнет посреди поля. Его спасителем оказывается деревенский мальчишка. Мальчишка на голубом велосипеде.

В жизни Тэхёна много гранжа и никакой веры в любовь. Ведь она не предусмотрена этим жанром.

Прошу, не играй со мной. Не уверен, что смогу устоять от соблазна...

«Значит, я просто удобный друг-омега, который отгоняет от тебя пассий. Так?» — «Тэ...» — «Прости, Чонгук, но я слишком ценю себя, чтобы быть использованным и выброшенным, когда ты решишь завести отношения». Лёгкая романтическая история о студентах для поднятия настроения.

— Уходи. — Один раз, Тэхён, — продолжал шептать голос. — Подари мне себя один раз, и я исчезну.

После предательства своего альфы Тэхен в отчаянии напивается в баре. А утром просыпается в постели нелюдимого капитана хоккейной команды Чон Чонгука.

Эта работа о надежде на счастье и о новогодних чудесах. «Шаги за спиной не услышал, лишь почувствовал чьё-то присутствие и тёплое дыхание на шее, что сразу же вызвало рой мурашек, заставив сдержать судорожный вздох. - Привет, я скучал, - тёплые, нежные руки обвили талию, прижимая к себе. - Привет, я тоже, - тихо улыбаясь, проговорил в ответ Тэхён, не желая нарушить столь чувственную атмосферу, - Не слышал, как ты вошёл. - Не хотел тебя беспокоить. Да и дверь ты как всегда забыл закрыть.»

Тэхёну не было интересно. Тэхён не интересовался малолетними пацанами в реперских шмотках, ещё не окончившими университет. Тэхён любил шик и лоск, и его ботинки наверняка стоили дороже, чем всё тряпьё этого Чон Чонгука вместе взятое.

Чонгук знал, что Тэхён не захочет вернуться, Тэхён знал, что не сможет.