Как всем известно, Му Цин много думает. Многое просто надумывает. До некоторого случайного момента Фэн Синь уверен, что не бывает и секунды, когда мозг поганца не генерирует всякую чушь. И ещё он уверен, что они друг друга ненавидят. А потом Му Цин перестаёт думать, и это переворачивает всё с ног на голову. Фэн Синь не знает, проклинать или боготворить алкоголь.

— Меня его рожа бесит уже, — рычит Наньян, перемахивая через стол, опершись на одну руку. Он вновь замахивается и новый удар приходится Му Цину по нижней губе, та лопается и по подбородку бежит струйка крови. — Блять, да единственное, почему я его трахал, это потому что знал, что это ты.

800 лет назад, та проклятая ночь. Всё разрушившая и связавшая их навеки. Если бы Му Цин не сдался, отвернулся и лёг спать, может быть, следующие восемь столетий его не мучили жадными поцелуями и обрывками грубых ласк. Му Цин злится. На себя и на него за всё то, что они не могли и не могут дать друг другу. Два идиота.

Чертов мир со вторичным признаком пола, это как большая площадка для игры "больших и сильных". Му Цин не хочет быть чьей то фигурой на игральной доске, он хочет проложить свой путь сам, даже если это означает идти через тернии в обход. Сможет ли он сохранить все свои секреты не тронутыми или всё посыпется как карточный домик, стоит только допустить малейшую ошибку.

Му Цин кусал так, чтобы наверняка. По правилам. Прямо туда, куда Се Ляня укусил бы его тайан. Вгрызался, не жалея силы, смыкая челюсть так, что в какой-то момент Се Ляню всерьёз показалось, что тот просто напросто решил перегрызть его горло.

– Он ебаный придурок! – Му Цин влетает в дом Се Ляня. – Забрать? Да этот мудак выкинул их в реку! Из окна! – Фэн Синь резко замолкает. Или история о том, как Му Цин Фэн Синя полюбил

Му Цину трудно попросить о помощи, когда кто-то забрал его духовные силы. Каким-то образом это приводит к тому, что он начинает спать с Фэн Синем.

Когда Хуа Чэн вернулся, Му Цин уже с трудом определял предметы вдали и по бокам. Он не паниковал и почти не притворялся, когда улыбался Се Ляню, испытывая забытое чувство восхищение принцем и запоминая его улыбку. Му Цин разглядывал хмурые брови Фэн Синя, мягкий пшеничный цвет кожи, почти сияющей под лучами солнца, и широкие ладони, на которые тот положил свой подбородок. Он видел его тысячу раз, в разных ситуациях, и всё равно этого казалось мало. (АУ, в котором Му Цин после горы Тунлу слепнет)

Му Цин обнаружил, что стал чаще проигрывать Фэн Синю. Тот стал сильнее из-за новых последователей Цзюй Яна в Призрачном Городе. Что остается делать Му Цину? Построить там свои храмы: больше и лучше, чем у Фэн Синя. В чем проблема? Призраки совсем не интересуются боевыми искусствами и войнами! Му Цину придется найти что-то другое, за что ему будут поклоняться. Так начинается жизнь Сюань Чжэня в качестве Бога Красоты.

Му Цин. Му Цин ребёнок. Фэн Синю нужно присесть. Но не здесь, потому что это спальня Му Цина. В обычной ситуации, Фэн Синь вообще не ворвался бы сюда, но **Се Лянь попросил**. Му Цин сидит в луже спальных одежд, шелковистые волосы падают на глаза. Надувшись, он пытается их смахнуть. Рука даже не высовывается из рукава. Он надувается ещё сильнее. Фэн Синь, возможно, издает звук, похожий на кипение чайника и садится прямо там, где стоит. Потому что нахрен стулья и приличия.

фэн синю тошно. видеть его с пэй мином, слышать то, как пэй мин осыпает его комплиментами, замечать, как он почти неуловимо улыбается в ответ на эти самые комплименты. знать, что он всё равно останется с мингуаном, что он примет только грёбаного северного генерала, что на плече у него резным острым почерком имя пэй мина, вбитое под кожу не чернилами, а дрянными высшими силами.

У Фэн Синя чувства, а у Му Цина данный сотни лет назад обет. Но мешает не он. Мешают гордость и упрямство.

Фэн Синь должен жениться из-за обязательств и долга перед семьёй. Му Цину плевать. Ему абсолютно всё равно. Он изо всех сил пытается это доказать.

Привычный мир может измениться в любую секунду. И то, что накануне казалось трагедией, станет воспоминанием, за которое захочется цепляться, чтобы выжить.