Чимин заламывает бровки, с непониманием смотря на старшего. Ему нужно в туалет. — Я больше не могу, хён, я правда не могу больше держать в себе. Я сейчас описаюсь, — ломающимся шёпотом сообщает он Намджуну.

— Альфа должен быть таким, чтобы одной лишь своей интонацией приструнить твою суку. Чтобы она, вывалив язык, падала на спину, поднимая кверху лапы! Настоящий альфа должен иметь над тобой власть, но не использовать её против тебя!

Чимин разбил дорогущую фототехнику и теперь на нем висит долг. Намджун-сан — управляющий магазина. Он предлагает посильную помощь и говорит, что его друг готов покупать у Чимина ношеные трусики.

Для большинства это был волнующий вечер. Для Тэхёна – всегда мучительный. Потому что… Все в стае знали, что младшему сыну Кимов на этом празднике вряд ли повезёт с парой.

— Не знаю, что ты себе вообразил, сучоныш, — а вот это было чем-то новеньким, — но мы с тобой не женатики. Ты мне не интересен. Если бы не мой сын, этого всего, — он обводит рукой пространство, — не произошло. — Точно не интересен? — Тэхён склоняет голову набок. ИЛИ Чонгук зрелый омега с непростым характером, который давно уже ничего не ждет от своей размеренной безбедной жизни, но в игру вступает один наглый сучоныш.

— Ты мне ничего не должен, — возражает мужчина, старательно сохраняя ровность тона. Рука взмывает, чтобы скинуть ладони младшего со своего члена, но он отвлекается на то, какой большой собственная рука кажется на фоне крошечной чиминовой, какая мягкая у него кожа. — Ты не обязан делать этого со мной, Чимин-а… Я уверен, что есть парни твоего возраста, которые хотят тебя. Я тебе в отцы гожусь! [или: Намджун слишком горяч, чтобы Чимин мог устоять. В конце концов, возраст — просто цифры]