Ты прекрасно помнишь про второй пункт контракта. Ты помнишь про него, и твоя ненависть и отвращение к нему не знают границ. Но ты, крепко-крепко стиснув зубы, стараешься забыть об этих неприятных ощущениях, ведь сейчас важно лишь одно - ему приятно.

А потом появляется она. Темная, выпивающая свет туча с завидной регулярностью возникает в каждом кошмаре, держась в отдалении, но никогда не исчезая. И от нее единственной я совсем не чувствую угрозы.

Сиэль заключил пари с Себастьяном. По его итогам проигравший обязуется исполнить любое желание победителя. Кто выиграет это пари и какое желание придётся исполнять проигравшей стороне?..

— Я думаю, пора уже разъяснить мне, что леди Салливан и ты имели в виду под «приятным времяпрепровождением в кроватке», — медленно произнёс Сиэль, почему-то неосознанно краснея. Секунды две до дворецкого доходило. А потом плечи мелко задрожали, и он учтиво приложил пальцы ко рту, косясь на господина и изо всех сил пытаясь не засмеяться в голос.

Но сей­час, ког­да мо­лодой арис­тократ ле­жал и из­не­могал от нах­лы­нув­ше­го воз­бужде­ния, ког­да от не­го пах­ло, как от лю­бого дру­гого теч­но­го оме­ги, не ос­та­валось и сом­не­ния в том, что Граф бе­той не яв­лялся. За­дер­жка бы­ла ред­ким, но впол­не воз­можным слу­ча­ем. Ве­ро­ят­но, это и бы­ло тем яв­ле­ни­ем, ко­торое про­изош­ло с юно­шей — вне­зап­ное оп­ре­деле­ни­ем по­ла ор­га­низ­мом и та­кая же не­ожи­дан­ная теч­ка, при­сущая оме­гам в та­кие пе­ри­оды.

— Но ведь будет сцепка. — хрипло и слабо возразил альфа. — Я хочу ребенка. — счастливо улыбнулся Себастьян, чувствуя, как в животе разливается лава и разбухает узел. Теперь они отстраняться только через два часа.

У любого человека демоны вызывают лишь страх и ужас, отвращение и желание бежать. У любого, кроме... одного единственного мальчишки. Он будто ходит по лезвию ножа, не замечая голодного взгляда чудовища, когда-то прирученного и посаженного на цепь контракта. Что, если однажды чудовище сорвется? Что, если цепь не выдержит?

Когда отличаешься от других - тебя считают странным, лишь по мелким недостаткам. А если все много серьезней? Ты можешь услышать и оскорбления в свой адрес. Фриков не приветствуют, их сторонятся, а кто-то и истребить желает. А если ты ребенок, от которого из-за странности отказались родители? Такое пережить еще тяжелее.

— И что же вы наделали, милорд? — Я... Я незаконно воспользовался твоим телом в целях удовлетворения своих потребств. — Вы действительно сожалеете? — Очень. — Исправьтесь, господин. — Чего? — В первый раз вы были очень грубы и несдержанны. Исправьте это.